Не самой счастливой, но не скучной наверняка. Но до того момента, когда я встретила в «Фениксе» Марту Петровну, было еще далеко, и пока я, окончив курсы, попала в рядовую парикмахерскую, где рьяно взялась за свою работу. Помню, как мы с девчонками, Варькой и Васей, решили отметить мою первую зарплату. Я, смеясь, называла эту мизерную сумму пособием по безработице. Но подруги не воспринимали сказанное всерьез.
— Ты помешана на деньгах, — заметила Вася. — По-моему, нужно поспокойнее относиться к этому. Мы — слабый пол, и наша задача не вкалывать с утра до ночи, сколачивая состояние, а найти сильное плечо.
— Ты намекаешь на то, что легче ничего не делать и жить с богатеньким мужичком? — Мне было уже почти девятнадцать.
— Я говорю о сильном плече, опираясь на которое, ты будешь избавлена от многих житейских забот.
Странно, что в ту пору Васька учила меня жизни. Очень скоро мы с ней надолго поменялись ролями. Я стала ее верной наставницей, советчицей, проводником в мир интересных людей. Но в восемнадцать я считала себя знатоком в области человеческих страстей, сама не пережив ни одной.
Я была экспертом людских слабостей, не приписывая самой себе ни одной из них. В собственных глазах я была образцом совершенства, уверенности и целеустремленности. То, что говорила мягкотелая Вася, казалось мне детским лепетом. К тому же я думала, что она попросту мне завидует. Завидует по-хорошему, но это не возвышало ее в моих глазах. Васькина неудачная первая любовь — ее затянувшийся, лишенный будущего роман с женатым мужчиной не позволял мне добавлять ей страданий собственными комментариями по поводу ее теории сильного плеча.
Варя вела себя более сдержанно. Она молчала и слушала, награждая меня многозначительными взглядами. Она никогда не критиковала меня, не пыталась остановить, лишь изредка позволяя сказать что-то вроде:
— Свернуть с предначертанного пути еще не удавалось никому… Бреди, Ладочка, бреди.
Я уверенно шла по выбранной дороге. И она должна была привести меня к безбедному существованию, раз, к счастливой и полнокровной жизни, два.
Это основное. И все это я могла гарантировать себе сама. Я не собиралась зависеть даже от самого идеального и любимого мной мужчины. И все потому, что не забыла печальный опыт своей мамы. Тот кризис, который она переживала, оставшись без мужа, мне был не нужен. Мне не хотелось столь долгого пути к своему мужчине. Все-таки у мамы процесс поиска затянулся на долгие годы, а это не для меня.
