— Разве кто-нибудь скажет, что совсем недавно вы были нездоровы?
Райанна пристально посмотрела на себя в зеркало.
Нет, она вовсе не выглядела больной. Она выглядела…
Как когда-то."
"Райанна удивленно разглядывала свое отражение.
Мне не для кого хорошо выглядеть. Не для кого! Алексис Петракис — отец Ники, и никто больше.
Женщина отвернулась от зеркала.
Ники сразу заметил изменения в ее внешности. Когда Райанна вошла в комнату к мальчику, чтобы пожелать спокойной ночи, его глаза округлились.
— Мамочка! Какая ты красивая!
Райанна улыбнулась.
— Спасибо, дорогой.
— Поцелуй меня, — попросил Ники.
Райанна крепко обняла его.
— Я могу послать тебе только воздушный поцелуй, — сказала она, слегка отстраняя мальчика. — Иначе испачкаю тебя помадой.
Тогда Ники сам расцеловал ее в обе щеки.
— Мамочка, — сказал он довольным голосом, лег и уютно устроился на подушке. — Мамочка, Ники, папочка… И Тедди.
Он прижал к себе потрепанного мишку.
— Папочка уже пожелал спокойной ночи, — сообщил Ники.
— Он сказал, что завтра мы сможем опять уехать на лодке. Он сказал, что я опять смогу порулить. Он сказал, мы наловим рыбы… Он сказал…
Его голосок затих. Через минуту ребенок уже крепко спал.
Райанна выключила настольную лампу и долго сидела у постели сына, держа его за руку, чувствуя, как ее душу переполняет поток безграничной, благословенной материнской любви. Потом она поцеловала Ники в лобик, встала…
И столкнулась с Алексисом.
Мужчина посторонился, придерживая для нее дверь.
Чувствуя невероятное смущение, Райанна вышла в коридор.
Как давно он здесь стоит?
Райанна собиралась найти сиделку Томпсон и Кэрен, чтобы поужинать вместе с ними. Вчера, когда Алексис уединился в своем кабинете, она так и сделала.
Ни та, ни другая пока ни словом не обмолвились о том, что они думают по поводу того, что Ники — сын Алексиса Петракиса. Благоразумные женщины невозмутимо принимали все происходящее в семье их работодателя.
Войдя в столовую, Райанна увидела, что на столе стоят только два прибора.
В ту же секунду на нее нахлынули мучительные воспоминания о последнем ужине здесь и о разыгравшейся в тот вечер безобразной сцене.
Но она должна забыть об этом, должна приложить максимум усилий для сближения, как того хочет Алексис.
Не ради себя — ради Ники.
Райанна села за стол. Вошедший следом за ней Алексис занял место напротив. Женщина подняла глаза и поймала на себе его изумленный взгляд.
Алексис ошеломленно разглядывал Райанну.
