Родион отводит взгляд, сводит брови на переносице и снова делает глоток кофе, на этот раз смакует его. — Вы просто сказали, вам: взбодриться нужно. Ну я так вас поняла, — говорю негромко, чуть сбивчиво. — Простите, я…
— Расслабь булки, красавица. Наоборот, вошёл сюда только потому, что срочно бумаги просмотреть нужно. Я был уверен, что Жарская преувеличивает, расхваливая свою кофейню, — признаюсь я… — мужчина прочищает горло, явно хотел ругнуться. — Под впечатлением я.
Казалось бы, всё хорошо и действительно, можно и успокоиться, но мужчина снова смотрит пристально, теперь изучающе.
— Сколько лет? — внутренности сковывает льдом. Снова небольшой шаг назад, глаза в пол и отрицательно качаю головой.
Негромкий раскатистый смех постепенно нарастает. Становится дико неловко. Кажется, я окончательно растерялась, но мужчина замолкает, на губах едва заметная полуулыбка и взгляд. Он больше не пугает меня.
— Неглупая. Молодец!"" Да, как бы тут сложно не догадаться, вообще-то"". Мысленно говорю сама себе. Зачем бы ему интересоваться моим возрастом, если не рассматривать в качестве баловства на ночь.
Или ещё чего похуже. Чего на самом деле, не представляю, даже скорее это просто пролетавшие мысли в моей голове.
— Учишься?
— Да.
— Где?
— На Юридическом.
— О. Будущий товарищ прокурор. — не понимаю, спрашивает или утверждает, но в голосе явные нотки брезгливости.
— Нет. — снова отрицательно мотнув головой, отвечаю. — После окончания вуза адвокатуру отдельно заканчивать буду.
— Неплохо. — поджав губы, похвально кивает.
— И как? В смысле учишься?
— Пока всё отлично. Я стипендиатка.
— Стипендиатка. — хмыкает. — Молодец. На будущее, нужный человек.
Не знаю, что ответить, просто в упор смотрю на мужчину и дышу через раз.
Через полчасика повтори. — Кивает на чашку с кофе. — Свободна. — сказана уже снова, тем же жёстким тоном и совершенным безразличием.
Я вернулась на кухню. Сообщила Таисии, что гость уходить не планирует, и вернулась за стойку. Чтобы не заскучать, решила пока прочистить кофемашины и протереть витрины.
На всё про всё у меня ушло не более пятнадцати минут.
Коробочка с чаевыми стояла под столешницей. Я потянулась к ней, убрала крышку, и мои брови поползли вверх.
— Вот же образина редкостная. Да чтоб тебя псы подрали. — прикусываю язык. Я же девочка — напоминаю себе. Я дала себе слово, перестать матерится. Я будущий юрист — ой — адвокат, я будущий адвокат, и мне нужно быть культурной.
Вдох — ещё вдох.
— Да грёбаное ты, конопатое чудовище.
