Ну и перед тем, как перейти к авангарду, непосредственно жемчужина посольства – волшебная карета принцессы.
Если быть совсем точным, то Хаджар, протерев глаза, наблюдал за тем, как на облаках застыла каменная палата. Причем сложена она была из волшебных и драгоценных пород мрамора. С тремя живописными витражами, высотой с двухэтажный дом и шириной с палубу галеона, она являлась походным вариантом дворца в миниатюре.
Там обитала принцесса, две её личные служанки и… все.
Охранял «карету» непосредственно глава данного парада магии и безумной роскоши – офицер Син’Маган.
И, как нетрудно догадаться, он являлся никем иным, как старшим братом безумной мечницы – Таш’Маган.
Той самой, которая пыталась занять место Героя в посольстве Рубина и Дракона. А теперь, вероятней всего, имела немалый (учитывая, что все здесь – драконы, выходил неплохой каламбур) зуб на Хаджара, который, будучи не способным победить Таш в открытом бою, использовал весьма бесчестную уловку.
Сам же Син из рода Маган, в отличии от своих подчиненных, восседал на пяти хвостом тигре.
Тот был крупнее своих сородичей. В шрамах. С бугрящимися мышцами и хищными, злыми глазами. Дух средней стадии. Равный по силе Безымянному пиковой.
С таким монстром, в затяжном поединке, у Хаджара могли возникнуть проблемы. Не говоря уже о самом офицере.
От Сина исходила явная аура Небесного Императора начальной стадии. Мощь, с которой следовало считаться. И это не учитывая, что в своей истинной форме Син должен был оказаться на порядок сильнее.
– Герой Хаджар из племени Северного Ветра, – офицер Син’Маган кивком головы поприветствовал Хаджара.
Он убрал старый горн, в который только что пропел ритуальную песнь, под луку седла. – Подойдите. Дайте Сашкему вас обнюхать.
Сашкемом, что было очевидно, звали ездового тигра дракона. Вообще звучало немного дико – драконы, разъезжающие на тиграх. Но в Безымянном Мире встречались и куда более удивительные вещи, чем эта.
Хаджар, скрепив сердце, спокойно шагнул вперед. Морда, размером с ледниковый валун, скаля клыки сабли, опустилась к нему и принюхалась.
Сам Хаджар в этот момент показательно держал руки подальше от рукояти Алого Клинка.
Всем своим видом он демонстрировал бесстрашие и отвагу, хотя внутреннее, в случае чего, был готов биться насмерть. Тигр ведь, в конечном счете, мог учуять в нем человека.
Но, спустя несколько мгновений, Сашкем выпрямил шею, повернулся к наезднику и коротко рыкнул.
– Мой старый друг, ты как всегда прав, – чуть криво улыбнулся Син.
