При учебных запусках несколько стратегических ракет терпят крушение. Расследованием установлено, что это результат постороннего вмешательства. Контрразведчик Евсеев и разведчик Дмитрий Полянский ведут работу по установлению и ликвидации вредоносного воздействия на ракетно-ядерный щит страны. Евсеев работает в пределах России, Полянский выполняет задание за рубежом. Удастся ли им установить источник вредоносного излучения, а главное – уничтожить его?...
– Вы можете гарантировать, что ракета долетит до спутника, а не развернется и не ударит по какому-нибудь из наших городов? Ведь его дестабилизирующее излучение никуда не делось!
Ответа не было.
– Вот то-то и оно! – продолжил представитель. – И должен напомнить, что пока еще действует “президентский мораторий” на пуски и испытания стратегических ракет. Состояние ЧП никто не отменял…
– Тогда каков выход из ситуации? – спросил Козьмин. – Во всяком случае, у нас никаких других вариантов нет!
Снова наступила тишина.
Честно говоря, я устал.
Так и подмывало встать и озвучить свою точку зрения на проблему. Как называет это моя жена, “хроническое недержание инициативы”. Не раз и не два я попадал из-за этого в разные истории, но всегда умудрялся выкручиваться и даже чего-то добивался (по крайней мере, уважения к самому себе)… Но сегодня я твердо решил молчать.
– Что думает главный эксперт?
– Мне нечего вам предложить, – нехотя признался Юрий Яковлевич.
И тут прозвучал голос из “зеленой” группы. Принадлежал он командующему ПРО, от которого, собственно, и ждали неких универсальных и устраивающих всех предложений."
"– Раз боевой вариант не проходит, значит, необходима тайная операция, для которой у нас есть специальные службы, – Козьмин сделал широкий жест в сторону левой части зала, где сидели я и мои коллеги.
Козьмин блестяще “перевел стрелки”. Все взгляды теперь были направлены на нас.
– Мы – контрразведка, и мы рады бы как-то исправить ситуацию, но у нас ни полномочий, ни возможностей таких нет, – сказал замдиректора Никонов.
