Но вот капельницы там было больше половины, и я пришёл вскоре после его ухода. Так быстро давление упасть бы не успело.
— Ничего, — усмехнулся я. — Просто решил уточнить. Забей.
— Можно хотя бы в ординаторской не обсуждать медицину? — буркнул Шуклин. — Я уже стал забывать, о чём говорят обычные люди.
— Как вам нынче погода, господин? — тут же отшутился Никита.
Мы втроём дружно рассмеялись над выражением лица Павла, который обвёл нас всех недовольным взглядом и снова прикрыл глаза.
В ординаторскую вбежала Лена, а следом за ней появился Зубов.
— Доброе утро, мои оставшиеся, верные птенцы, — бодро поприветствовал он нас. — И заметьте, Шуклин, от радости я даже снял с вас звание куриной жопки.
— Зато оставили дежурить, — проворчал тот. — Я же сразу сказал, что понятия не имею, как лечить этого Григорьева с его больными ногами!
— А я вам сразу же дал нужную литературу, чтобы вы нашли ответ на этот вопрос, — парировал Зубов. — Сегодня всё по той же схеме. Лечение я Григорьеву назначил, но вам его никто не скажет.
Смотрите, обследуйте и дайте мне диагноз и лечение. Вы и так сильно отстаёте от других птенцов в вашем лекарском развитии.
— Михаил Анатольевич, пациент, наверное, уже против будет, — заныл Шуклин. — Давайте я кого-нибудь другого возьму! Мне уже стыдно…
— Стыдно — это хорошо, в этом вся суть воспитательного момента, — пояснил Зубов. — Нет уж, пациент не против, я с ним говорил. А вы мне этот зачёт сдадите! Вперёд и с песней!
Шуклин неохотно поднялся с дивана и медленно направился к выходу.
Ох, бедолага. Но Зубов прав, так он хоть чему-то научится."
"— Болотов, для вас я ещё не созрел, — продолжил наставник. — Сегодня дарю вас отделению гастроэнтерологии. Там и клизмы ваши пригодятся, и моё отделение спокойнее будет. Ваших пациенток Никита сегодня заберёт.
Болотов поднялся и направился вслед за Шуклиным.
— Тарасова — шестая палата, Лебедев. Боткин — ваша палата остаётся за вами, и возьмите в девятой палате Короткова. Предупреждаю, сложный товарищ.
Всё, летите, мои птенцы!
Мы с Леной кивнули и одновременно вышли в коридор.
— Как думаешь, результаты готовы? — шёпотом спросила она.
— Зачем гадать, сейчас и проверим, — усмехнулся я. — Я пойду заберу, ты жди меня в холле на диване.
За результатами я направился к стойке, за которой дежурила Ольга Петровна.
— Анализы Матросовой пришли? — спросил я.
— Да, на ХГЧ, есть, — поискав в папочке, отдала она мне бумажку. — А кто это? Не помню такой пациентки.
