И я бы продолжила и далее уныло перелистывать страницы, но тут миссис Макстон заметила:
– Вам его подарил профессор Стентон.
Я кивнула, это действительно было его подарком еще на первом курсе, за старания в учебе.
– А вам известно, насколько это ценный подарок? – очень осторожно поинтересовалась экономка.
– Ценный – да, и, увы, не оцененный мной по достоинству, я забросила его уже на шестой или седьмой день.
– Я о стоимости, – еще более осторожно и как-то даже мягко подтолкнула мои мысли в нужном направлении миссис Макстон.
Не сразу осознав ее намек, я вложила закладку на читаемой странице, закрыла дневник погибшей настоятельницы и критически осмотрела имеющийся экземпляр печатного магического творчества. Дневник выглядел примерно, как и мой – невзрачно, непритязательно, неброско, и потому я совершенно упустила из виду данную деталь.
И напрасно – ведь подобная магическая вещь стоила баснословно дорого!"
"Сев на постели, я восстановила в памяти разговор с матерью-настоятельницей и иначе взглянула на изложенные ею факты.
Юная Исабель подверглась нападению пиратов, находясь на пассажирском корабле. Сестер, которые подверглись изнасилованию, было четверо, но забеременела лишь она…
И еще один момент – дневник Исабель начинался с описания воспоминания об изнасиловании. И… и еще странность – там был один мужчина.
Один.
Раскрыв дневник на первой странице, я перечитала:
«Его грязные руки… его мерзкий рот, поглощающий мои крики и мольбы… треск ткани и омерзительное касание самого интимного на моем теле»…
Странно.
– Миссис Макстон, вы не могли бы позвать мистера Оннера.
Домоправительница посмотрела на меня и позволила себе поинтересоваться:
– И для чего же он вам потребовался?
– Для консультации по крайне щекотливому вопросу, – ответила я, стремительно краснея.
Миссис Макстон ответ не удовлетворил, и она сказала:
– Возможно, я смогу ответить на до такой степени щекотливый вопрос?
– Боюсь, что нет, – призналась ей.
Экономка тронула колокольчик и, едва вошла Бетси, передала ей просьбу к мистеру Оннеру.
Наш многоуважаемый повар с уникальным прошлым явился незамедлительно, на ходу о передник вытирая руки, испачканные мукой, впрочем, едва открылась дверь в спальню и так стало ясно, что на ужин нас ожидает восхитительный пирог с корицей.
– Мистер Оннер, – было несколько неправильно вести разговор полулежа в постели, но в моем положении выбирать не приходилось, – у меня возник вопрос, который мне крайне неловко задавать.
