Автор
Прибытие в неожиданно затяжное падение и глубокое проникновение в загадочную тайну — вот что ждет читателей на страницах "Господства клана Неспящих". В мире, где ставки огромны и взрывоопасно, каждая молниеносная хватка за исходящее время способна изменить все. Здесь нет простых решений — только новые проблемы, когда звезды закручиваются в неизведанную спираль безумия и ужаса....
После убытия лохра Ракитушка немного еще помолчала, попыхтела, а потом так же молча указала пальцем на едва виднеющийся во внезапно сгустившимся тумане островок заросший деревцами с длинными ветвями. И я понимал ее решение – раздающееся в воздухе «ДУЦ-ДУЦ-ДУЦ!» становилось только громче, к ритму бубнов и барабанов добавились новые переливчатые вопли и дикие взрывы смеха. Лохры явно решили наверстать упущенное и принялись за святые ритуалы всерьез. Снесса должно быть блаженствовала…
Грести самостоятельно до нового места рандеву не пришлось – накатившая волна подхватила плотик и меня, мягко и быстро переместив подальше от источника шума.
По пути я вспомнил о еще одной проблеме и не стал тянуть с вопросом:
- Ракитушка, не твои ли храмовые щуки гонят рыбу на крючки ловцов моей рыболовной лиги?
- Нет, – последовал короткий и категоричный ответ.
Пока я думал, мы достигли выбранной девушкой точки для переговоров. Не дожидаясь очередного вступления от Ивовой сестры, я перешел в наступление сам, указав на Афросия и спросив:
- Что делать будем?
В ответ тишина… Лицо Ракитушки тут же надулось обиженно, став похожим на мордаху крупной лягушки.
Я терпеливо выжидал,… и наконец-то послышалось донельзя усталое и злое одновременно:
- Видеть его не могу!
В доказательство слов глаза сплетенной из ивовых побегов девушки выпорхнули из глазных орбит и обиженно улетели в туман.
- Настрадался он вдосталь, – заметил я. – Одно дело, когда щука по пятам следует. И другое, когда чудище темное вот-вот пятки отгрызет…
- Осквернил и ограбил святилище он! Убил и сожрал храмовых щурят! Детей Зубравы!
Едва Ракитушка упомянула пожранных щурят, как метрах в трех от хлипкого плотика бугром прошел водяной вал, мелькнула на секунду костистая большая спина.
- Убил, ограбил, – признал я. – Но наказание понес великое он.
