Я продолжал мыслить, чувствовать, двигаться, но не мог никому ни рассказать, ни написать, ни даже намекнуть о Вилетте. Это было похоже на то же самое заклятие, которое на меня наложил король, только гораздо сильнее. И обойти его никак не получалось. Я по-прежнему являлся с докладами к Его Величеству, но всё, что мог сказать: поиски продолжаются. Ни король, ни Главный маг даже не догадывались, что произошло со мной и почему дело застопорилось, хотя ещё недавно начали всплывать новые факты, а признание Вилетты поставило бы окончательную точку.
Увы, вестница сумела незаметно разрушить записывающий артефакт, а письма моих информаторов почти сразу попадали к ней в руки, лишая возможности передавать их дальше. Соответственно, отчётов по полученной информации тоже не было.
Да, Вилетта управляла мной, заставляя подчиняться своим малейшим прихотям, хорошо, что у неё хватило ума не переходить чёрту, чтобы моя резкая перемена отношения к ней не бросалась в глаза окружающим. Поэтому прогулки в саду, а также совместные обеды стали традицией.
Но хуже всего было то, что, потеряв способность призывать собственную магию, не мог отправить весточку Ларе. Я надеялся, что с ней всё в порядке, ведь она даже умудрилась в переписке пообщаться и с куратором, которого выделили Маддалене, и с директором пансиона, согласовав не только дату отъезда, но и множество мелких деталей, которые будут касаться сестры во время обучения. Так что за девочку я тоже мог быть спокоен, ведь в тот самый злополучный день, когда Вилетте удалось подчинить меня запрещённой магией, мне прислали копии приказа о зачислении и подписанных Ларой распоряжений, включая ежемесячное содержание.
Я искал в архиве всевозможные способы снять чары, но с запечатанной магией не мог ничего даже попробовать. Даже попытка выбраться из дворца, чтобы добраться до Ферро, который сумел бы напитать артефакт силой, провалилась. Стоило только приблизиться к одним из ворот, как неизбежно оказывался в своих покоях.
Вилетта беспрепятственно появлялась в них, когда ей заблагорассудится, и я с ненавистью ждал того момента, когда она решит усилить свои притязания, а затем потащит меня под венец, как обесчестившего её кавалера. В то, что она способна на такую низость, даже не сомневаюсь. Пока что её сдерживает то, что она каким-то образом достала подтверждение, что денег на моих счетах раз-два и обчёлся, а из недвижимости — только дом в Сторнвуде.
