Даша не выбегает из моей комнаты, не несется к отцу и Андрею. Не пытается сделать хоть что-то. Она обнимает себя за плечи и молча сползает по стенке вниз. Смотрит в одну точку и не моргает. Она боится… Потому что понимает, что уже хорошо не будет… Все пошло не по плану. Я не знаю сколько проходит времени. Сколько мы так сидит в комнате и не издаем никакого звука. Она в одной стороне, я в другой… Ранее родные друг другу люди, а сейчас чужие… Когда в дверь моей комнаты стучат, мы обе подрываемся и смотрит на дверь как на прокаженную.
Так и не дождавшись моего ответа, горничная слегка прикрывает дверь и заглядывает в комнату. Сообщает, что отец зовет нас обеих. Прибавляет, что он был очень зол и просил прийти немедленно. Эти слова никак не придают нам скорости. Мы все еще не сдвигаемся с места. Я первая прихожу в себя. Выхожу из ступора и направляюсь на выход. За все это время, что Айдаров находится в нашем доме не было слышно ни криков, ни повышенных тонов, ни каких-то других звуков. Все проходило тихо… Хотя я думала, что будет по-другому.
Думала, что будет бойня и много криков. Но я ошиблась… И теперь я даже понятия не имею что происходит в кабинете отца. Машины Жданова и Айдарова все еще стоят у нашего дома… Они оба здесь. Сжимаю кулаки настолько сильно, что ногти впиваются в кожу ладоней. Это помогает хоть немного себя отрезвить. Слышу позади себя шаги. Это Даша идет за мной, смотрит себе под ноги и медленно перебирает ногами. Чем ближе кабинет отца, тем страшнее становится.
Что нам хотят сообщить? А что, если Андрей настолько заврался и убедил в этом отца, что сейчас я окажусь крайней?
Той, кто завралась и всех настроила друг против друга? Что делать тогда? Отец хочет прилюдно меня отругать и заставить извиниться перед Айдаровым? Я настолько замедлила шаг, что Даша меня догнала. Ее пальцы сжимают мой локоть, а я тут же вырываю свою руку."
"— Подожди, — она шепчет мне, а я хочу сказать ей, чтобы шла куда подальше. Но не успеваю, потому что из-за приоткрытых дверей кабинета отца доносятся звуки.
И я следую примеру сестры… подхожу ближе, чтобы видеть, что там происходит и прислушиваюсь. — Свадьбе быть, — Айдаров резко подрывается с кресла. Даже по этой одной фразе слышно, что он взбешен. — Рустам, подожди… Давай поговорим… Отец смотрит на него перепуганным взглядом. Его голос не такой, как обычно. Не властный и категоричный. Он умоляющий. — Не о чем говорить, все останется по плану. Свадьба через три дня.
