– Тогда ложитесь на кушетку. Это не страшно, милая. И рожать не страшно будет, поверь мне.
Я кивнула и сделала, как велела доктор. На Данияра даже не смотрела – знала, что он все равно не уйдет. Перед тем, как холодный гель опустился на живот, я сказала вслух:
– Еще замок на свою дверь хочу.
Где-то рядом послышался смешок Данияра.
Он согласился.
– Что насчет пола малыша? Хотите узнать? – поинтересовалась доктор.
– Неважно, – решил Багров. – Главное, чтобы здоров был.
Я спокойно откинула голову и прикрыла глаза, пока доктор что-то тщательно рассматривала на экране.
– Все просто замечательно, Данияр, – сказала Лиана Руслановна спустя время. – Плод развивается согласно срокам. Если точнее, то согласно сроку 24 недели.
Я кивнула. Данияр – не двигался, задумчиво смотрел в монитор и не моргал. Я успела одеться и получить рекомендации от врача. Я понимала, что рожать мне предстоит с Лианой Руслановной, хорошей знакомой Данияра.
– Хорошо, – спустя время сказал он. Хрипло.
Он оторвал глаза от монитора и перевел на меня.
Взгляд стеклянный сменился на живой. На обманчиво теплый.
– Что-то не так? – спросила я. Он подозревает меня в чем-то?
– Все так.
– Сейчас напишу, на какие анализы я хочу вас направить. Сдадите кровь и придете ко мне через несколько недель, Настя. Если вы еще не кушали, можно сдать прямо сейчас. Кровь – это не опасно, – улыбнулась Лилия, вручая мне направления. – Настя, перед родами мы сделаем еще одно узи, чтобы понимать, что малыш находится в правильном положении и что его жизни в процессе родов ничего не будет угрожать.
Это облегчит роды и тебе, и малышу.
– Мы сделаем. Обязательно, – сказал Данияр, хватая меня за ладонь и обвивая пальцы. Я дернулась едва заметно.
В девять утра мы уже были дома. В этот раз я успела разглядеть само здание, пока подъезжали. Два этажа, много деревьев повсюду и на самой территории. Только на территории было мало снега – там регулярно чистили, чтобы Багров мог подъехать прямо к дому.
Я осторожно ступила на чищеную дорогу, выбравшись из автомобиля.
– Тебе нравился этот дом, – вдруг сказал Данияр, когда мы вышли из машины.
Я нахмурилась, задумчиво кусая губы.
– Не помню, чтобы я была здесь.
– Была.
Я покачала головой, рассматривая Данияра. Его пальто было влажным и белым, все утро с неба валили белоснежные хлопья. Шел декабрь.
– В доме есть детская, – нарушил молчание Данияр. – Ребенку будет хорошо. Я помогу. Ты просто не помнишь, как со мной может быть хорошо.
Сердце застучало сильнее.
