Что-угодно, что поможет мне противостоять сэру Джону.
Наконец, мой взгляд упал на потухший камин. Угли давно догорели и черными головешками валялись в окружении серого пепла. Повинуясь порыву, я подошла ближе и присмотрелась. Здесь жгли документы! Очень, очень много документов — именно об этом свидетельствовало огромное количество пепла. Он не появляется, когда горят привычные бревна.
Нет, я знала это совершенно точно, ведь сама уже несколько раз сжигала кое-что в камине нашего особняка…
Воровато обернувшись, я сунула руку в пепел, подняв в воздух облако серой пыли.
В носу защипало, и я зажмурилась, изо всех сил стараясь не чихнуть. Только бы не вошла леди Клаттон и не застала бы меня за этим занятием!"
"Сперва все, что я чувствовала, был мягкий пепел, который только пачкал пальцы. Как я уже сказала, сэр Джон знал толк во всем, что делал. Документы он сжег так же качественно, как очистил от них кабинет покойного опекуна.
Когда я все же нащупала пальцами несгоревший кусок бумаги, едва не вскрикнула от радости! Вся в предвкушении, я даже закусила язык, пока вытаскивала клочок из камина.
Но недовольный, даже чуть раздраженный голос леди Клаттон не позволил мне его прочесть.
— Леди Тесса! Вы скоро? Все в порядке?
Я молниеносно выпрямилась, чистой рукой забрала с каминной полки первую попавшуюся статуэтку, выпачканную в пепле ладонь, в которой сжимала клочок бумаги, спрятала за спину и вылетела из кабинета.
— Вот, леди Клаттон, с вашего позволения я заберу эту фигурку, — я подняла на уровень наших глаз миниатюрную модель дирижабля и неслышно выдохнула.
Слава богу, у меня в руках не оказалась какая-нибудь жаба или обнаженная женщина, мало ли что сэр Найджел держал на каминной полке. Было бы сложно объяснить его вдове мой интерес.
Леди Клаттон посмотрела на меня с удивлением, но лишь кивнула.
— Конечно, дорогая. Забирайте.
Я сдавленно улыбнулась, хотя сердце бешено колотилось в груди.
Я наскоро распрощалась с доброй женщиной, чувствуя себя грязной предательницей. Ничего, с этим ощущением я как-нибудь смогу примириться.
Изучить обгоревший клочок бумаги мне удалось только в экипаже. Я осторожно развернула его, стараясь не повредить хрупкие края, которые уже начинали осыпаться на ладони черным пеплом. Кажется, это был обрывок письма. Надо бы сравнить почерк и понять, был ли сэр Найджел отправителем или получателем.
