Нора вляпывалась в куда более опасные ситуации, ей постоянно необходим выброс адреналина, хозяйка неразумна и бесшабашна. И сегодня она надулась, словно пятилетняя девочка, сообразившая, что братика позвали в гости без сестрички."
"В указанное время я очутился возле стальной двери, украшенной декоративной накладкой из красного дерева. Вяземские жили на последнем, пятом, этаже старого московского дома. Наверное, раньше, в советские годы, тут были сплошняком коммунальные квартиры, но сейчас на каждой лестничной клетке была одна шикарная дверь, а ступеньки застланы красной ковровой дорожкой.
Консьержки в подъезде не нашлось, письменный стол и стул возле почтовых ящиков оказались пусты. Впрочем, Зоя, когда мы с ней разрабатывали во время телефонного разговора план, предупредила меня:
– Охраны не будет, войдете в парадное беспрепятственно.
Я не стал удивляться и уточнять, куда же подеваются секьюрити, мне хватило заявления о свободном входе. И вот я уже маюсь у стены.
Послышался тихий скрип, высунулась Зоя.
– Не опоздали! – шепотом констатировала она.
– Ясное дело, нет, – так же тихо отозвался я.
– Входите.
– Да, да.
– Извините, я в халате.
– Конечно, вы же дома, – закивал я.
– Тсс, – прижала палец к губам Зоя, – сюда, налево, теперь прямо.
Через пару секунд меня втолкнули в просторное помещение, тесно заставленное мебелью, в комнате царил полумрак, люстра не горела, лишь на круглом обеденном столе мерцала лампа под абажуром нежно-розового цвета, она отбрасывала круг света на чайник, чашки и серебряную сахарницу.
В углу у окна стоял незажженный торшер.
– Вон туда, – ткнула пальцем Зоя в сторону огромного дубового гардероба. – Держите бейсболку. Текст помните?
– Да, – ответил я.
– Главное, упирайте на необходимость вести полноценную жизнь.
– Хорошо.
– Выйти замуж, родить ребенка.
– Ладно.
– Пусть прекратит каждый день ездить на кладбище.
– Понял.
– Незачем рыдать с утра до ночи.
– Ясно.
– Мама, – послышалось из коридора, – я халат забыла, сделай одолжение, принеси, он в спальне на кровати лежит.
– Ну, чего замерли? – прошипела Зоя. – Ляля сейчас выйдет, живо полезайте! Иду, дорогая, не стой голая, посиди пока в ванной.
Последняя фраза явно относилась не ко мне, я глубоко вздохнул и нырнул в нутро пахнущего лавандой шкафа, предусмотрительно не закрыв до конца дубовую дверцу.
В узкую щель было хорошо видно стол.
– Может, выпить черного чая? – устало спросила Ляля, усаживаясь на стул.
