Я опираюсь на локти, и это добавляет нагрузку на все мое ноющее тело, посылая разряды боли в грудную клетку.
– Я не могу оставаться в такой позе, – стону я. – У меня болит бок. Прости, детка.
– Никогда не извиняйся. Ни за что.
Я ухмыляюсь.
– Ни за что?
– Нет, стой, я беру эти слова обратно. Я уверена, что ты будешь извиняться за тонну вещей, которые заслуживают твоих извинений, но это не одно из них. Ложись на спину. Я сделаю так, что ты почувствуешь себя лучше.
– Это я должен делать так, чтобы ты почувствовала себя лучше.
– Тогда зачем ты весь вечер присылал мне фотографии своих ушибов?
– Чтобы побесить тебя, пока ты тусуешься с друзьями.
– Козел. То есть ты не дашь мне поцеловать твои ушибы? – Она поднимает низ моей футболки и оставляет дразнящий поцелуй у меня на поясе.
По моей спине пробегает горячая дрожь.
– Только дурак отказывается от бесплатных поцелуев.
– Я тоже так подумала. – Очень методично она снимает с меня футболку, и ее передергивает, когда она видит мои окрашенные синяками ребра.
– Ох, это правда ужасно выглядит. Наверно, мне лучше это не делать. – Она соблазнительно проводит рукой по моему прессу мучительно близко к резинке штанов.
– Ты всегда должна это делать, – не соглашаюсь я.
– Ты уверен, что твое тело с этим справится? Потому что я… очень этого хочу. – Она смущенно показывает взглядом вниз.
– Мы оба этого хотим, – заверяю я ее.
Деми снимает свой свитер и, поднявшись, расстегивает джинсы. Оставив меня на кровати, чтобы взять презерватив, она возвращается и принимается за резинку моих штанов.
На мне нет нижнего белья. Она счастливо стонет, берет мой член и медленно его гладит.
Я тверд, заряжен и готов. Пока она надевает на меня презерватив, я тянусь к плоти между ее ног и узнаю, что она тоже готова. Ее мокрая киска скользит под моей ладонью, и, когда я ее накрываю, меня окатывает головокружительной волной удовольствия. Я не могу насытиться этой девушкой. Из-за нее я становлюсь неистовым.
– Иди уже сюда и трахни меня, – бормочу я.
Смеясь от моего нетерпения, она осторожно взбирается мне на колени, берет меня за основание и направляет головку члена туда, куда мы больше всего хотим.
– Мать твою, – хриплю я, когда она полностью на меня опускается. – В твоей киске так приятно. – Она начинает двигаться, и все становится еще приятнее. Она насаживается на меня, стараясь не толкать.
– Так нормально? – шепчет она.
Наслаждение увеличивается, и у меня перед глазами пляшут черные точки.
– Лучше, чем нормально.
