Словно скажу слово неправильно, и чья-то связь не спустится дальше.
— Я выбираю стаю Альф, всегда буду. Вы мои, а я ваша.
Меня колотит, бьёт током, когда серебряные нити между нами полностью превращаются в красные. Дрожь проходит по телу, застывает судорогами в сердце.
Мне жарко, душно, голова идёт кругом. Стоять так сложно, но и не нужно. Крепкие руки Димы подхватывают, прижимают к себе. Губы Влада находят мои, Захар прикусывает кожу на шее.
— Ещё немного, зеленоглазка, — шепчут, целуют. Всё размывается в том, как мне хочется их ближе.
— Метка и всё закончилось. Умница наша.
— Любимая.
— Смелая зеленоглазка, позволишь поставить метку? Навсегда, эта никуда не уйдёт и не затянется.
— Три метки? Бедная моя шея.
Мужчины смеются, чьи-то пальцы мнут ткань платья, задирая выше. Обжигают прикосновениями бёдра, заставляя сжиматься всё внутри. Чьи-то губи касаются раны на запястье, проводят горячим языком, простреливая волнами удовольствия.
И я сама откидываю шею, приглашая поставить метку.
Захар прав, последняя ступень к тому, чтобы всё закончилось. Обряд позади, так просто, так легко… Спасибо, Волчьи Боги.
Теперь метка, и не одна.
Плевать, даже если тридцать три будет.
В конце концов, я всё всегда позволяю стае Альф.
Моей стае.
Эпилог
Влад
— Я вернулась!
Диана вихрем залетает в кабинет, заставляя оторваться от бумаг. Отодвигаю ноутбук и кружку как раз вовремя, чтобы девочка ничего не снесла, падая на меня. Без стеснения усаживается на мои колени, прижимается с лёгким поцелуем.
— И как тебе стая Димы? — убираю спутанные волосы, вдыхаю запах своей самки. Реально моей, шрам на запястье не даёт об этом забыть. Целы три недели официально моя, две из которых она проводит непонятно где. — Лучше моей?
— Ага, а ещё у него больше, и он младше и… Шаттер! — возмущается, когда щипаю её за бок, но спокойно укладывается на мою грудь. — Нормальна стая, но все косились. Что, совсем-совсем никто не отказывался от своей Истинной?
— Войдёшь в историю, малышка.
Ты у нас сплошное исключение из правил.
Кивает и улыбается широко, что мотор в груди барахлит. Даже привычное рычание Зверя на другого мужчину затихает, когда девочка такая счастливая. Как я мог бы ей вообще сказать, что будет либо моей, либо не интересует.
Интересует же, даже спустя три адских недели. Адских, потому что не только я хотел представить Диану своей стае. Захар утащил в горы, после Дима увёз. Хорошо хоть заезжали в перерывах, иначе бы сорвался.
