— Ну привет, — голос родственника звучал не слишком уверенно. — Слушай, это, конечно, не моё дело… Но что у вас там стряслось?
Твою-то мать… Артур-то откуда разнюхал? Их жизнь и без того всегда была под микроскопом, что напрягало неимоверно, даже в самые счастливые моменты. Про нынешнее состояние дел и говорить не хотелось.
— Ничего. Это тебя не касается.
— Как обычно, — вздохнул младший. — Знаешь, я бы и плюнул, но я тут с Мариной пообщался.
— Какого…
— Эй, давай вот без этих своих закидонов! — перебил его брат.
— Вообще-то наши с ней кабинеты через коридор, если ты не забыл.
— Что она тебе сказала? — он балансировал на самом краю, буквально заставляя себя не цедить слова сквозь стиснутые зубы.
— Да ничего такого. В смысле, ты ж её знаешь. Она в принципе ни о ком, кроме тебя, говорить как будто не в состоянии. Говорит, вы с Лилей поссорились.
Герман выдержал паузу.
— Марина договорится до того, что я переведу её в другой офис.
— Даже не посмотришь на её особый статус? — хмыкнул брат.
— Да плевать мне на её статус.
У неё язык без костей. С детства такая. Ни хрена не изменилась.
— Зато специалист — хоть куда. Тут ворчи не ворчи.
Разговор начинал его тяготить. Он был совершено не в настроении выслушивать шуточки младшего брата. И тот как будто почувствовал, что разговор у них в подобном тоне не сложится.
— Слушай, Герман, я вообще-то звонил и по делам пообщаться. Отчитаться, что по договору с «Энергостроем» мы все вопросы закрыли.
Герман мысленно выругался. Произошедшее за эти два дня настолько погрузило его в лихорадку личных переживаний, что он почти совсем от рабочих вопросов отключился.
С утра раздал необходимые распоряжения секретарю и главным помощникам и даже в головном офисе не появлялся.
Младший наверняка звонил ещё и поэтому.
— Я кое о чём тебя попрошу, — он всё-таки отыскал в себе силы на время вынырнуть из творившегося в его жизни ада. — Раз с «Энергостроем» ты расквитался.
— Что угодно.
— Во-первых, подстрахуй меня завтра на встрече с подрядчиком.
В детали дела ты посвящён. Просто закрой оставшиеся вопросы.
— По строительству на окружной? Окей, не вопрос. Что ещё?
— Во-вторых, — Герман вдавил пальцы в висок, понадеявшись, что это хоть немного уймёт раскалывавшую голову боль, — ничего не говори родне. Даже если спрашивать будут.
— Про… Лилю?
— Мы договорились?
— Ладно. Даже если мать будет спрашивать?
— Особенно если мать будет спрашивать. Мне сейчас только семейных консилиумов не хватало.
