Было бы куда хуже, если бы повсюду красовались стразы и рюши, как в квартире моей сестры. Как выяснилось, Ильдар сам недолго здесь жил, но предпочел переехать за город.
Повторно оглядев свое новое пристанище и оставшись невероятно довольной, я плюхаюсь на широкую двуспальную кровать и обдумываю план действий. Пункт первый: позвонить маме и сказать, что у меня все более, чем прекрасно. Пункт второй: постоять в горячем душе. Пункт третий: достать из чемодана платье, приготовленное ко дню рождения, и выглядеть в нем сногсшибательно.
Думаю, на сегодня будет достаточно.
Если с первыми двумя задачами я управляюсь за час, то с третьей приходится возиться куда дольше. Во-первых, потому что платье помялось и мне пришлось его гладить, во-вторых, потому что я помыла голову, а в квартире не нашлось фена. Даже такому гуру упаковки багажа не удалось бы впихнуть его в десятикилограммовый чемодан, до отказа забитый обувью и одеждой.
«Досушитесь по дороге», - распоряжаюсь я, взбивая влажные пряди перед зеркалом. Губы накрашены, глаза сияют, платье сидит как влитое, ноги выглядят идеально.
Задача номер три выполнена на пять с плюсом, так что теперь я могу расслабиться и отдыхать.
Удостоверившись, что такси подъезжает, я спускаюсь во двор и практически сразу натыкаюсь на знакомую фигуру в темном. Старший брат Ильдара и по совместительству мой временный сосед садится в массивный седан, модели которого я не знаю.
Если нам придется время от времени пересекаться, я искренне надеюсь, что Камиль завязал с криминальным прошлым.
Общаться с полицией и выступать в качестве понятой я точно не планирую.
Почувствовав, как его машина поравнялась со мной, я быстро опускаю взгляд в телефон - проверить, где находится такси. Оно, как назло, застряло в пробке.
- Могу подвезти, - долетает до меня сухой, без эмоций голос. - Я так понимаю, мы в одно место едем.
- Спасибо, не нужно, - с вежливой улыбкой отвечаю я, глядя на брата Ильдара, смотрящего на меня поверх опущенного стекла. - Мое такси будет с минуты на минуту.
Тонированное окно ползет вверх, после чего автомобиль трогается с места и исчезает. Внутри меня царит почти детское ликование. Что, выкусил, противник чужого трепа? Поезжай-ка ты один, в тишине.
Порыв ветра, задравший подол платья и запихавший волосы мне в рот, осекает мое злорадство. Пригладив локоны, которые теперь наверняка стали похожи на паклю, я с надеждой смотрю в телефон и едва не стону от досады. Время подачи такси увеличилось еще на десять минут.
