Остановились на постоялом дворе в пригородной слободе, неподалеку от леса. Когда я приходил сюда с армией Ивана Асеня, слободы не было. По большей части она состояла из лачуг, слепленных из дикого камня, бревен и самана, которые прилепились с двух сторон к старой римской дороге, ведущей сперва на юг, к Дидимотике, а потом на запад, на Серры, а от них на юго-запад, на Фессалонику, или, как ее называли в шестом веке, Солунь, или, как будут называть в двадцать первом, Салоники. Обитал на слободе люд бедный и вороватый.
Купец Фока потребовал, чтобы днем и ночью не меньше трех охранников присматривали за обозом. Арбы и кибитка занимали весь внутренний двор. Волы и лошади круглосуточно находились на пастбище в нескольких километрах от города, где их пасли и стерегли шестеро вооруженных возничих. Мы ждали, когда соберется обоз из местных купцов. Чем больше обоз, тем меньше шансов, что на нас нападут. Говорят, в Ромейской империи стало слишком много грабителей. Турки захватили почти всю Малую Азию.
Оттуда в европейскую часть империи хлынули толпы беженцев. Кто-то сумел обустроиться, а кто-то вышел на большую дорогу или паперть. На улицах Адрианополя было много нищих, явно не профессиональных.
Мы разделили добычу, предварительно продав большую часть ее. Я взял из добычи шлем купольного типа, шит, саблю, пику и коня, самого лучшего. Все это для Тегака. Теперь будет ездить на жеребце и обмундированный, как воин, а вьючную кобылу вести на поводу. По просьбе купца Фоки пришлось дать и Димитру, но я настоял, что получит одну долю, как и остальные возничие, а не две, как он требовал.
— Ты можешь платить ему, сколько пожелаешь, — сказал я купцу, — но долю в добыче он будет получать по вкладу в защиту обоза. Иначе все остальные возничие будут, как Димитр, прятаться от врага."
"Фока согласился со мной. Во время нападения на обоз он порядком струхнул. Не знаю, где он был во время сражения, но подошел ко мне только после того, как разбойники исчезли. Нервно почесывая бороду, он долго смотрел на трупы людей и лошадей.
— В прошлом году в этих местах разбили большой обоз купца из Тырново. Спаслись только двое возничих, — рассказал он. — Может, от этой же банды пострадали.
— Скорее всего, — согласился я. — Обычно у каждой банды свой район, чужих в него не пускают.
— Никола не зря тебя посоветовал, — пришел к выводу купец. — Он в людях разбирается, все слушают его советы.
Наверное, поэтому и не разоряется постоялый двор Николы.
