Первым делом я послал на берег Джейма Сакомана, чтобы поднял каталонцев и без лишнего шума привел на берег моря, откуда им ближе будет добираться до Морских ворот на помощь нам, а также прислал с оруженосцем Дзаном мои доспехи и лук со стрелами. Я не взял их на бригантину¸ потому что не предполагал, что и самому придется сражаться.
Выждав около часа, на яле и обеих захваченных лодках поплыли к городу. Со мной отправились каталонцы, что были на борту бригантины, и приплывшее вместе с Дзаном пополнение и часть гасмулов из экипажа — всего человек семьдесят.
Сперва мы поплыли параллельно берегу, пока не увидели огонек внутри городской башни, чтобы виден был только в узком секторе. Как рассказал Мануил Каллиста, огонь в башне специально зажигали для тех, кто пробирался ночью в город. Мы повернули на свет этого маяка, пошли к берегу. С моря хорошо был виден наш лагерь. В нем горели костры, издали похожие не язычки пламени свечи. Они были слева и справа, а в середине темным пятном лежал город Зара, в котором мерцал лишь еле заметный, одинокий огонек в башне.
Ял как-то внезапно выскочил носом на мелководье, под килем зашуршала галька. Все, кто был в яле, качнулись вперед. Гребцы с передней банки спрыгнули в воду, вытащили ял дальше на берег, чтобы пассажиры не промочили ноги. Я подождал, когда рядом пристанут остальные лодки, толкнул в бок купца Мануила Каллисту, чтобы начинал предавать своих сограждан. Он спрыгнул на гальку и, спотыкаясь, двинулся к башне, в которой горел огонь, теперь уже не видимый.
— Эй, в башне! — тихо позвал купец.
— Кто там? — послышался сверху грубый голос.
— Купец Мануил Каллиста, — ответил он и потребовал: — Со мной делегация от царя Фомы Комнина, спустите лестницу.
— А ты точно Мануил Каллиста? — спросил другой голос, звонкий.
— Спускай лестницу, дурак! — прикрикнул на него купец. — Хочешь, чтобы нас здесь венецианцы захватили?!
— Не бойся, не захватят! — уверенно произнес грубый голос. — Они дрыхнут без задних ног!
Наверху послышались торопливые шаги, затем начали опускать лестницу.
Она была светлая, из оструганного дерева, и двухсоставная. Перекладины уже успели отшлифовать руками. Лестница слегка прогибалась, покачиваясь, пока я поднимался один, но сразу перестала, когда за мной последовал Понс Жордан, а за ним — Беренгер Вентайола. Наверху меня подхватили под руки, помогли протиснуться между зубцами, сложенными из шершавого, ноздреватого песчаника.
