Наверное, ожидали какого-то подвоха. Не дождавшись, выполнили свою миссию и отошли в тыл.
Кто-то из предводителей колья что-то проорал, после чего все они с ревом побежали на нас. Мне почему-то пришло в голову, что это куча легковушек летит, разгоняясь все быстрее, в бетонную стену, прорвавшись по пути через тучу плюмбатов, изрядно проредивших их.
Созданная из щитов, конечно, не так крепка, но и колья не железные. Я успел рубануть по высокому шлему, похожему на перевернутую ступу, украшенную золотыми пластинами, который был на голове довольно таки рослого по местным меркам воина, вооруженного чаской.
Он по инерции въехал в мой щит с такой силой, что меня здорово качнуло. Хорошо, что придержал щитом соратник, стоявший сзади. При столкновении «ступа» слетела с головы, открыв черные волосы, разделенные почти посередине красновато-серым пробором из мозгов, вылезших из проломленного черепа. Расширенные то ли от боли, то ли от коки, черные глаза смотрели сквозь меня. Зацепившись за них взглядом, я чуть не пропустил надраенный до блеска, бронзовый наконечник копья, проскользнувший притык к правому уху обладатели часки.
Я успел наклонить голову, и копье, проскрипев по моему шлему, ушло вправо. Тут же мелькнул «гладиус» соратника, стоявшего слева от меня — и копейщик выронил свое оружие.
Я тут же переключился на нападавших на соратника, стоявшего справа от меня. Широко замахнуться не было возможности, поэтому сёк коротко, тратя на каждого врага по два-три удара. Иногда удавалось сделать длинный укол в лицо, грудь или живот и решить вопрос за один раз.
Так увлекся этим процессом, что забыл об обязанности руководить всем сражением. Только когда давление на нас начало слабеть, догадался, что лучники-аука и метатели дротиков пукина вступили в дело, согласно выданной перед боем инструкции.
Они спрятались в кустах на склонах холмов по обе стороны долины и не сплоховали, вступив в дело не раньше, чем колья увязли в рукопашной. Среди них был и Гаума, которому я одолжил на время свой лук с тростниковыми стелами.
Ближние колья были выкошены в течение нескольких минут. Делать «черепаху» они не умели, а если бы и умели, то с их маленькими круглыми щитами получилась бы ненадежная. К тому же, я объяснил аука, что стрелять надо в тех, кто спиной к тебе, кто ждет неприятности с противоположного холма или пытается подняться на него. Склоны, конечно, были пологими, но прорываться через густые и местами колючие кусты — ещё то удовольствие.
