— Это не так.
— Почему? — крикнул в отчаянии Рави. — Почему не так?
— Потому что. Потому что это еще не конец. Мы не все продумали. Скоро начнется суд. Присяжные должны признать Макса виновным. Если они это сделают, тогда все закончится по-настоящему, всерьез, и мы будем свободны. Отменить обвинительный приговор практически невозможно, посмотри на статистику, взять того же Билли Карраса. Только тогда мы будем по-настоящему свободны."
"— Макса обязательно признают виновным, — заверил Рави.
— Однажды он уже вышел сухим из воды.
— Пиппа шмыгнула носом и вытерла лицо рукавом. — А если присяжные опять его оправдают? Что тогда? Дело вернут в полицию, и начнется повторное расследование. Станут искать преступника. Как думаешь, кто будет самым первым подозреваемым? Я! Хокинс придет за мной и всеми, кто мне помогал. Потому что я убийца, Рави, а его работа — сажать таких, как я.
— Нет!
— Да. — Дыхание у Пиппы сбилось. — Если судебный процесс пойдет не так, как надо, я проиграю. Нельзя, чтобы ты утонул вместе со мной.
И остальные — тоже.
— Не тебе решать, — отрывисто бросил Рави. Глаза у него остекленели.
— Нет, именно мне. Ты сказал Хокинсу про наушники, значит, тоже замешан в деле. Но я знаю, как тебя вытащить.
— Пиппа, хватит, я не слушаю!
Рави резко отвернулся.
— Если Макса признают невиновным, если тебя вызовут на допрос, ты скажешь, что это я тебя заставила.
— Нет!
— Да. Угрожала тебе. Шантажировала. Заставила сказать про наушники, чтобы отвести от себя подозрения. Ты догадывался, что это я убила Джейсона, поэтому испугался за свою жизнь.
— Пиппа! Хватит!
— Тебя заставили, Рави! Вот что ты должен говорить. Ты боялся, что я убью тебя, если ты не сделаешь, как велено.
— Нет! Мне все равно не поверят!
— Значит, будешь говорить убедительно! — рявкнула она. — Заставишь поверить!
— Нет. — В глазах у Рави заблестели слезы. — Я не хочу. Не буду.
— Ты скажешь, что с тех пор, как я уехала в Кембридж, мы больше не общались. И это будет правдой. Ты сбежал от меня.
Мы не разговаривали, не виделись, не пересекались. Ты боялся рассказать полиции правду, потому что боялся моей мести.
— Заткнись, Пиппа! — заорал Рави, закрывая руками уши.
— Мы не можем видеться. Вообще вступать в контакт, иначе версия с угрозами развалится: полиция будет проверять телефонные звонки. Должно выглядеть так, словно ты меня боишься. Поэтому мы не можем быть вместе, — сказала Пиппа, и камень, засевший в груди, треснул, оставляя сотни ран.
