Я пытаюсь вспомнить боль, которая разрывала меня в прошлый раз, я пытаюсь вспомнить, как сильно его ненавижу, вспомнить пособия и книги жертв насилия о том, что оргазм рождается в мозгу и во время насилия не возможен. Но запах этого мужчины, терпкий, с привкусом мускатного ореха уже проник во все поры и стянул нервные окончания.
Все мои попытки думать и размышлять о насилии исчезают ровно в тот момент, когда по телу проходят волны жара, когда дождь не просто не ощущается, он словно становится раскалёнными брызгами лавы.
Внутри натягивается струна и тут же рвется, вырывая из моей груди не крик боли, а чертов стон.
Нет, нет, я не хотела кончать!
Только не так!
Только не с ним!
Но чудовище толкается еще несколько раз, вжимаясь в мое тело, как одержимый псих, и заполняя меня до отказа спермой, которая горячими каплями стекает по голым ногам.
– Ненавижу, – реву я, стекая по стене к его ногам. – Ненавижу!
Реву, пытаясь привести себя в порядок. Он даже не разделся, стоит надо мной, заправляя еще стоящий член в штаны, и на меня смотрит.
Словно на использованную тряпку.
– Замерзла, наверное.
– Да пошел ты…
– Погнали, погреемся, – дергает меня вверх, сам натягивает мне штаны, спускает футболку. Затем просто сбрасывает свою куртку и накидывает на меня, буквально опаляя своим неповторимым запахом.
– Мне не нужно. Ничего твоего не нужно, – хочу сбросить куртку, но Захар за плечо хватает.
– Она, знаешь, сколько стоит? Точно хочешь потом отрабатывать?
– Ты взял, что хотел! Убирайся! – хриплю я, отворачиваясь, не желая его видеть.
Царапаю щеку о стену, умоляя небеса сделать его просто сном, избавить меня от него и от ноющего ощущения внутри тела. Но не суждено мечтам сбыться, и вот я уже оказываюсь лицом к лицу с воплощением зла.
– Не строй из себя жертву, Соня. Кончила?
– Пошел ты! – плюю ему в лицо и понимаю, что зря. Получаю новую затрещину. В голове трещит, во рту кровь, а он – сволочь – ещё и гладит место удара, распространяя по коже долбанные мурашки.
Урод.
– Отвечай на вопрос! Кончила?
– Да, да, да! Ты просто герой-любовник! Теперь отвали!
– Со мной поедешь, – без аргументов, просто берет и закидывает на плечо, поднимаясь по лестнице со мной так, словно не вешу ничего.
Не человек.
Мясо.
Скидывает меня на заднее сидение.
Я тут же к двери, а она закрыта.
В салоне чисто и тепло, а на меня смотрит мужчина.
И я бы могла сказать, что он симпатичный, но он рядом с Захаром, значит, такой же урод.
