Должна отдать ей должное – она прямолинейна. Даже признавая, что принимала немалое участие в создании плана мести, она не подбирает слова.
– На самом деле, – продолжает Алана, – к тому моменту, когда Купер заявил, что вы двое действительно вместе, открыть тебе правду показалось нам более подлым поступком.
– Нет, – просто говорю я. – Подлым поступком было лгать."
"Ведь пока правда ранит нас, ложь – унижает. Когда стало понятно, что Престон изменял мне, я осознала, что была Той Самой Девушкой. Годами наши друзья улыбались мне в лицо, втайне жалея меня за наивность, пока я не обращала внимания на его «внеклассные занятия» – его чертов парад «Мэрилин».
Мне никогда не приходило в голову, что и Купер поступит со мной так же. Или, опять же, те люди, которых я считала друзьями, выступят его сообщниками в этом обмане. Некоторые уроки приходится усваивать дважды.
Тем не менее я не держу на них зла. Во всяком случае, математика верности сложна. С самого начала они являлись друзьями Купера, а не моими.
Невозможно не учитывать это в уравнении. Я имею полное право ненавидеть их обеих за участие в этом фарсе, но также я вижу, что им трудно выбрать чью-то сторону. Они должны были сказать мне правду, да. Однако именно Купер заставил их хранить тайну. Девочки прикрывали его задницу.
Если кто и заслуживает главного наказания, так это он.
– Мы чувствуем себя отстойно из-за этого, – признает Стеф. – Нельзя было так поступать.
– Ага, – соглашаюсь я.
– Нам жаль, Мак. Мне жаль. – Она неуверенно тянется к моей руке и сжимает ее.
– И, если тебе нужно где-то остановиться, можешь остаться у нас, в свободной комнате, ладно? Не потому, что мы тебе обязаны, а потому, что ты классная, и я, то есть мы, – она смотрит на Алану, – считаем тебя хорошим другом.
Несмотря на неловкость, остаться здесь – самый привлекательный вариант, пока я не найду вариант получше. Кроме того, Дейзи, кажется, уже чувствует себя как дома.
– И мы не станем обсуждать Купера, если ты не захочешь, – обещает Алана.
– Хотя, между прочим, он полностью разбит после случившегося. По словам Эвана, Куп сидел всю ночь на пляже, в холоде, и просто пялился на залив.
– И мне нужно его пожалеть? – спрашиваю я, вздернув бровь.
Стеф смущенно смеется.
– Ну, нет, и никто не говорит, что ты не должна злиться. Я, само собой, соглашусь с тобой, если ты захочешь сжечь его пикап.
– Весь этот план мести был детской чушью, – добавляет Алана. – Но он не притворялся, что ты ему нравишься.
