– Да, только две недели!
* * *Тучка сладко зевнула и свернулась тесным клубочком в тёплом местечке в ногах у Хейли. Вечером пошёл дождь, и ночь для июля выдалась прохладной. Зато на кровати оказалось тепло и уютно, пусть даже девочка постоянно ворочалась во сне. Уже засыпая, кошечка принялась мять лапками одеяло, как когда-то мяла мамин живот. Давным-давно. Так давно, что она почти забыла, как это было…
Малышку разбудил шум, донёсшийся из коридора. Тучка широко распахнула глаза. Сердечко бешено заколотилось, уши встали торчком.
Это он, взрослый сердитый кот? Сегодня Тучка почти и не видела Барона: тот целый день пробыл в саду и вернулся в дом лишь ближе к вечеру, но кошечка постоянно ходила по пятам за мамой Хейли, которая, как она уже поняла, не давала её в обиду.
Все обитатели дома следили, чтобы большой кот её не обижал, поэтому Тучка старалась держаться поближе к людям. Так было безопаснее.
Кошечка подобралась, готовая бежать и прятаться, если котище подойдёт близко, но Барон оказался проворнее.
Пролетев через комнату чёрной молнией в темноте, он запрыгнул на кровать. Потом зашипел и с размаху ударил Тучку лапой по носу. Огромной, тяжёлой лапой.
Хейли резко села на постели, чуть не сбросив котёнка на пол.
– Что такое? Барон? Эй, ты чего?!
С испуганным писком Тучка попятилась от большого кота. Она просто спала, никого не трогала! Почему взрослый кот её бьёт?!
Барон снова ударил малышку лапой по носу, на этот раз выпустив когти. Нос обожгло болью. Тучка прижала уши к голове и вздыбила шерсть, стараясь казаться крупнее.
Пытаясь принять хоть чуть-чуть грозный вид.
– Барон, нет! Нельзя! – крикнула Хейли. – Не трогай Тучку. Плохой кот!
Девочка подхватила котёнка на руки и прижала к груди, защищая от Барона.
– Хейли, что ты вопишь посреди ночи? – сонно проговорил с порога её папа.
Он вошёл в комнату и включил свет.
– Ага, ясно… кошачьи бои. Мне бы следовало догадаться. Ладно, давай мне Тучку. Пусть сегодня ночует в столовой, раз уж её лежанка там и осталась.
Кошечка испуганно пискнула, когда папа Хейли взял её на руки и понёс вниз по лестнице – в ту самую комнату, где её поселили в первый день в этом доме. Отец девочки положил Тучку на лежанку бережно и осторожно, но, выходя из комнаты, с грохотом захлопнул дверь. Тучка сжалась в комочек и ещё долго дрожала: она никак не могла успокоиться.
Глава четвёртая
– Сейчас мы кого-то забрызгаем! – объявила Айла, и Сиенна с Хлоей завизжали от восторга.
