Автор
Кунду задумчиво глядел в ночное небо, когда внезапно что-то подсказало ему ехать направо. Яна трепетала от нетерпения за рулем, но он не слушался команд. Робот-снегоход тихонько шёл по снежной пыли, словно заскучавший друг. Внешне он был обычным транспортом, но внутри царила спокойная меланхолия....
Наши снегоходы остались в паре километров отсюда, и мы…
– Снегоходы? – нахмурился усатый. Он обменялся взглядом с женщиной, затем сказал: – Ну что ж мы на пороге стоим, давайте пройдем внутрь. Можно войти? – с иронией спросил он, и Тима молча посторонился, пропуская людей внутрь.
– Сколько вас? – задал вопрос усатый.
– Четверо… то есть было четверо. Сейчас трое, – поправился Тима.
Словно сомнамбула, он повернулся и зашагал в комнату. И чуть не столкнулся с Антоном, который, покачиваясь, шел навстречу.
– Тимыч, пусти меня, – бормотал пьяно Антон, но тот крепко держал его. – Где Ланка?! Я ща там всех перемочу…
– Заглохни, – прошептал он. – Дай табуретку, болван… Или нас тут всех положат, понял?!
Он не без труда вырвал из рук приятеля импровизированное оружие, они, спотыкаясь, зашли в комнату и сели на краешек кровати.
«Как будто мы сможем куда-то убежать», – с горечью подумал Тима.
– Кто вы такие? И как здесь оказались? – сразу спросил усатый. Он присел на единственный в комнате стул, положив ружье на колени.
– Меня зовут Тимофей Уклонов. Это Антон Федоренко, мой приятель. Вчера мы…
– Стоп, Тимофей, – мягко перебил его усатый. На его лице блуждало бесстрастно-скучающее выражение, словно все происходящее вокруг него является неким недоразумением, но в силу сложившихся обстоятельств он вынужден мириться с ним.
Тима кивнул, с ужасом представляя реакцию проснувшейся Яны.
– Буди ее, – каким-то скучноватым голосом проговорил усатый.
– Но… – попробовал возразить Тима и тут же прикусил язык, увидев, как сверкнули глаза мужчины. Такой горло перережет и не поморщится, – подумал Тима и стал трясти девушку.
