Никита уселся на табурет и стал ждать, когда под действием веса руки расслабятся все мышцы. Чтобы занять время, он стал разговаривать.
— Куприян, ты чем на жизнь зарабатываешь?
— Купец я, лавка у меня на торгу своя. Ой, плечо болит!
— Терпи, вправлю скоро. В городе-то лекари есть?
— Как не быть? Всех мастей: знахари, травники, цирюльники — но они больше кровь отворяют. Ещё бабки-повитухи есть. А ещё ведуны да врали разные.
— Врали?
— Ну да, что зубы заговаривают.
Ну однако, и медицина во Владимире! Средневековая какая-то! Впрочем, и впрямь Средневековье.
А ведь для него благо: непаханое поле работы — и почти никакой конкуренции. Только и препонов много. Избы, где принимать пациентов, нет, инструментов никаких — так же, как и лекарств и перевязочных материалов. Стало быть, о сложных операциях забыть надо. Да, далеко хватил. На сегодняшний день есть нечего и спать негде, а у него планы наполеоновские.
Тем временем прошло уже с полчаса. Никита ощупал руку, плечевой сустав. Упёрся в грудную клетку Куприяна коленом, руку плавно потянул, прилагая изрядную силу, а потом вдруг резко повернул в сторону.
В плече хрустнуло, головка плечевой кости вправилась.
Куприян заорал истошно, но потом смолк.
В комнату ворвались женщины.
— Да что же он тебя мучает, кормилец? — спросила та, что постарше, наверное — жена.
— Отпустило! — обрадованно сказал Куприян. — Ей-богу, отпустило!
Он сел на постели, подвигал рукой.
— Ты погоди рукой двигать, — остановил его Никита, — на несколько дней покой ей дать надо.
Косынка есть?
Куприян правой рукой стянул с одной из женщин шаль.
— Сойдёт? Бабы, идите отсель. Стол готовьте, обедать пора.
Никита подвесил руку на косынку, обездвижив её.
— Удобно?
— Навроде.
— Лучше неделю так поносить. На ночь снимай, а днём руку береги.
— Благодарствую. Пойдём обедать, небось, уже стол накрыли.
Выглядел Куприян страшновато, но после вправления сустава сразу повеселел, поднялся бодро. Никита — за ним.
Длинный стол в трапезной был уже заставлен яствами.
Парил суп в горшке, на блюде горкой лежали куриные потрошки с разной начинкой. А уж холодных закусок вроде мочёных яблок, квашеной капусты, солёных огурцов и копчёной рыбы нескольких видов было полно. Рядом с местом главы семьи, в торце, стоял жбан с пивом.
Семья чинно расселась — каждый на своём месте. Никите место тоже досталось в торце стола, только напротив хозяина.
Сначала хозяин скороговоркой и невнятно — из-за разбитой губы — счёл молитву.