Почему вы их начали преследовать?
– Они видели, как я убил помощника капитана, и даже сфотографировали тот момент.
– Ах, вот в чем дело! А корабль? Зачем его нужно было топить, ведь там же были люди?
– Я и не собирался его топить, – безразлично пожав плечами, спокойно ответил бородатый. – Так уж получилось. Взрыв был подстроен для того, чтобы создать панику, только и всего. Но в мои дела вмешалась сама природа. Шторм внес коррективы в мои планы, и меня это ужасно огорчает, поверьте.
– Я пока не понимаю, о чем вы говорите.
– Неужели?
– Я говорю правду.
– Допустим, – нехотя согласился мужчина. – Тогда зачем вы вернулись сюда?
– Я востоковед, и меня интересует остров Приттхиви с исторической точки зрения.
– Вот мы и подошли к самому главному, господин ученый. Индусы ненормально религиозны, и мне прекрасно известна эта дурацкая легенда о проклятии острова. Я не могу допустить, чтобы здесь снова появились эти богомольцы со своими дарами и топтались здесь сутки напролет. Тогда я лишусь самого главного.
– Чего же?
– Моих денег, господин ученый, – улыбнулся мужчина. – Моих денег, которые я так люблю.
– Я ничего не понимаю, – нахмурился Вячеслав. – При чем здесь легенда, паломники, этот остров и ваши деньги? А еще больше я не понимаю, при чем здесь наши девушки? Что они сделали такого? Да-да, я помню, что вы сказали. Они стали свидетелями преступления и даже сфотографировали тот момент. Но ведь они ничего никому не сказали об этом и улетели в Россию. Они в России, вы здесь. Почему вы начали преследовать их? Зачем? – снова повторил он свой вопрос.
– Я знал, что они вернутся сюда, и не собирался допустить это.
– Откуда вы могли знать об этом?
– Во всех газетах были их фотографии, и там очень хорошо была видна маленькая фигурка, которая висела на шее одной из сестер. Вы поняли, о чем я говорю?
– Так вы искатель тех самых сокровищ Приттхиви? – удивленно спросил Вячеслав.
– Боже упаси, – сморщился мужчина. – Я взрослый человек и не верю во всякую чушь. Я зарабатываю столько денег, что никакими сокровищами меня не удивишь.
Зачем мне какой-то эфемерный клад, которого, похоже, и в помине нет? Да если бы даже он действительно существовал, поверьте, мне это совсем неинтересно.
– Тогда я вообще ничего не понимаю, – развел Вячеслав руками.
– Я же вам уже сказал, что этот остров – мой, с его помощью я и зарабатываю свои деньги. И мне совсем ни к чему, чтобы сюда снова стали ходить паломники. Меня вполне устраивает, что он считается проклятым.
