Но иногда так хотелось дать сдачи, а не проходить мимо, опустив голову. Но нельзя было, я сама себе запрещала, будто дамба какая-то внутри стояла… А потом Оксанка за меня взялась. — Я улыбнулась, вспоминая наше с ней знакомство. — Я к папе на каникулы приехала, и с того момента началось… Это уже после школы произошло. Однажды мы с ней ходили в кондитерскую, Оксана предложила мне написать о своих впечатлениях. Так и появилась «Любовь на сладкое». Раз мне проще выражать себя в Сети, то пусть так, чем никак.
Оксана и деньги мне давала на походы по ресторанам. Но мы всегда знали, что это ненадолго, просто мостик для того, чтобы я научилась, не стеснялась выражать себя. Сначала в анонимном блоге, потом вслух, потом глядя человеку в лицо. А я тебя разочаровала, верно? Но мне так обидно стало и за тебя, и за твоего папу, и за «Али»… Это не идеальный ресторан, но не заслуживает того, что о нем писали. Какая-то волна заказная против него идет, мне тоже в директе предлагали гадость про него писать.
Я даже думала тебе во всем признаться, но… ты… ты же уши мне надрать обещал. Я помню. И я так боялась, что ты меня… не зря боялась.
Замолкаю и смотрю на спокойную речку. Внутри легче стало, и сейчас я совершенно уверена, что Марат не будет злиться, не встанет и не уйдет, чтобы подумать и позвонить мне на следующей неделе.
— Тебе нужна была моя поддержка, а я… — выдыхает он, нервно теребя ладонью свои волосы. — Я не понял, но все равно… прости, если сможешь. Не знаю, что меня больше тогда взбесило: то ли то, что за моей спиной, то ли, что совершенно не замечал за тобой такой язвительности, то ли… как представил, сколько еще желающих надрать тебе уши… А еще я устал от двойного дна в людях.
Мне нужна ясность. И я все о тебе хочу знать. И не буду пороть горячку, что бы ты мне ни рассказала.
— Да у меня нет никаких секретов больше. Мой блог — вот и вся моя тайная жизнь. Про дневник ты знаешь, я и сейчас продолжаю его вести, обещаю его больше не терять.
Но там нет ничего такого, чего бы ты не знал.
— Когда-нибудь они у тебя появятся. Я не идеален, Люба, да никогда и не претендовал на это. Наверное, я не тот парень, в которого ты влюбилась в школе. — Он грустно улыбнулся. — Прочитай я сейчас твой потерянный дневник, то не узнал бы себя.
Мы молчим, смотрим на спокойную воду, чуть щурясь на солнце, которое ярко светит на безоблачном небе.
— Но мы можем познакомиться. — Он улыбнулся и протянул мне руку.
