А позже, когда мы сушили одежду на солнце, и я ворчливо не делилась с Артуром покрывалом, в которое укуталась, я не могла сдержать улыбку. И пусть мы ели суп, состоящий чисто из картошки и лука, для меня это был самый запоминающийся, наполненный впечатлениями день, с тех самых пор, как мы расстались.
Думала ли я тогда о сообщениях в его телефоне? Нет. Я погрузилась в свой новый мир, в котором снова начала улыбаться.
Всего за пару недель, Артур сумел покорить практически всех беременных женщин в нашей группе, я неустанно получала комплименты о том, какой у меня великолепный муж.
Это тоже подкупало. Самыми стойкими были те, кто тоже посещал курсы с мужьями.
— А вот мой — ленивая задница! Сколько не уговаривала его, не пошёл. Только и слышу, что заниматься ребёнком это чисто женское дело, — ворчала моя соседка во время перерыва.
Артур отошёл сделать важный звонок, и все дамочки разом обратили на меня внимание.
— А мой работает допоздна. У него повышение скоро…
— Да у них всегда занятие найдётся, лишь бы не ходить!
— Юля, вам так повезло, — восхищалась Артуром другая.
— А вы не могли бы попросить вашего мужа уточнить состав талика, что нам сегодня рекламировали? Нахвалить-то они успели, а подробно рассказать состав не потрудились. Вдруг там картофельный крахмал? Я слышала, что у малышей на него аллергия!
— Так это если в пищу употреблять!
— Девочки, расслабьтесь, — скучающе протянула беременная, что всегда сидела сзади. — У малышей всё индивидуально.
Мне как-то нахваливали один детский крем, мол гипоаллергенный, а моего первого так обсыпало, что в больницу попали.
— Так у вас не первенец?
— Третий…
— А что же вы тогда на курсах делаете?
— Мне скучно дома. С мужем развелась, он у меня любвеобильный, другой ляльку сделал, да ещё и детей отобрал при разводе. Вот выбираюсь хоть куда-то, чтобы не свихнуться в четырёх стенах.
— Ужас какой! Как же он смог детей забрать?!
— Денег и связей у него достаточно… — горько усмехнулась она, и бросила на меня короткий пустой взгляд.
Он показался мне мимолётным мигом, но даже за эти доли секунды, я словно окунулась в кромешный мрак её отчаяния. Вдоль позвоночника пронеслись неприятные холодные струйки страха, а руки покрылись колючими мурашками. Отвернулась, стараясь переключиться с её рассказа, на что-то более позитивное, а позади продолжали летать сочувственные реплики:
— Держитесь, дорогая.
