— Слышишь ты, урод вонючий! — кричу я на него, — Я забеременела от твоего брата!!! Мы давно любовниками были! А теперь я замуж за него выхожу! Вот! — выпутываю руку из-под одеяла и демонстрирую ему кольцо, подаренное Данилой. — И сделай ты хоть триста днк, все равно, Данила, как мой муж запишет дочку на себя, и отстоит в суде все мои интересы, а ты — убирайся отсюда! Еще раз придешь ко мне, напишу в полицию заявление, что ты преследуешь больную беременную женщину!
— Подожди… — Сергей тяжело подкашивается на соседнюю пустую койку, — ребенок правда не от меня?! Ты врала мне все это время?
Ой дебил… ой деби-и-ил… Но мне его дебилизм только на руку.
— Пошел. Вон.
Сергей медленно поднимается с кровати. Вид у него такой, будто я ему ножом под ребро пырнула, не меньше. Молча, пошатываясь, не оглядываясь на меня, бредет на выход. Сгорбившись и хромая. Как больная побитая собака. Но он сам виноват. Сам довел меня своими тупыми угрозами, чтобы я соврала, что малышка не от него.
Дверь закрывается, а я немедленно набираю Астафьева-младшего.
— Данила, я… согласна!
Глава 76
СЕРГЕЙ
Пью горькую. Не просыхаю вот уже вторую неделю. Отдал Мишу бывшей, чтобы малец не видел в каком ужасном подавленном состоянии я сейчас нахожусь.
Мне так больно, черт!!! Не думал, что так порвет сердце на британский флаг от какой-то там бабы! Она мне и правда нож всадила. Своим предательством. Своей ложью… Я уже принял этого ребенка в свою жизнь, принял ее.
Все распланировал до мельчайших подробностей. А потом она так жестоко лишила меня семьи, себя, ребенка.
Данила звонил, звал на свадьбу, но я послал его трехэтажным и нажрался в молоко. Как же сильно я хотел ее забыть… и не мог! Вспоминал каждое ее слово, каждый жест… вспоминал нашу близость на корпоративе. Мне тогда было тоже плохо, но не так тотально! Если бы я только знал, что почти через девять месяцев после этого буду полностью разбитым, опустошенным, обессиленным?!
Но совесть и тут не дает мне покоя.
Я сам виноват во всем этом! Я сам протупил Марьяну и ребенка. Она тянулась ко мне. Она нуждалась во мне, когда поняла что беременна. Я же… отправил ее на аборт. Я делал все, чтобы этот малыш не появился на свет. Идиот! Урод! Нет мне оправдания. И честно говоря, мне нет разницы, чей это ребенок. Зная наклонности братца, могу предположить, что он к интересному положению Марьяны не имеет никакого отношения.
