«Кому же такая красота достанется, — думала она, разглядывая себя, словно великий художник натурщицу».
Огромные очки в позолоченной оправе перетягивали внимание с не меньших размеров носа. Придавали лицу миловидности, даже красоты. Остальное тело ни в каких ухищрениях не нуждалось.
«Кто будет смотреть на лицо, когда увидит это совершенство, — думала Шальная, проводя пальчиком по своей груди».
Идеального размера, упругие полушария в форме капелек призывно смотрели на мир. Они ждали, того, кто будет достоин их коснуться.
Кроме их обладательницы, конечно же.
Пальчик заскользил ниже по тонкой талии и плоскому животику. Перешёл на изгибы красивого бедра.
«Подумать только, — размышляла Шальная, — сотни мужчин исходят на слюни, представляя, что скрывается под моим платьем, а этому всё равно. Ничто его не интересует. Ни нос не отвращает, ни сиськи не прельщают».
Мысли плавно перетекли на графа Орлова и Шальная, отдёрнув пальчик, поморщилась. Она сама происходила из древнего рода графов Шалье.
Собственно, и прозвище ей придумали из-за фамилии, а она ему только соответствовала.
Предки допустили ошибку, и род подвергся забвению. Но Изольда помнила, как в детстве её воспитывали словно настоящую графиню. Это потом, второй воспитатель — криминал — сделал из неё Шальную, беспринципную суку. Хотя принципы у неё были. Далёкие от понимания обычных бандитов, конечно, но были.
Изольда относилась к третьему поколению изгнанников. Хоть времени прошло и немного, всего каких-то полсотни лет, но и дед и отец успели отметиться в этом статусе.
Они смогли удержать то, что осталось после разграбления рода и создать новые владения. Смогли и передали ей.
Сама Изольда никому передать свою империю не могла.
Хотя, что это за империя? От рода остались только гвардейцы. Когда-то они были молодыми парнями, а теперь все в возрасте. Опытные, сильные, но сколько им осталось? Человеческий век короток, а они, учитывая их профессию, явно здесь задержались.
«Ещё лет десять, и самый молодой из них не сможет пробежать стометровку, не остановившись, чтобы попить и сходить в туалет, — горько усмехнулась Изольда».
Что будет тогда, она предпочитала не думать. Смерти Изольда не боялась. Она боялась стать последней из рода.
Казалось бы, мужчин вокруг полно. Взять первого попавшегося и забеременеть. А что дальше? У наследника не будет верной отцовской гвардии, которую с малых лет пестовал дед. Не будет верных людей.
