Зрелище было и впрямь изумительное – безбрежная масса воды, парящие в лазурно-синем небе чайки, изредка падающие камнем вниз и взмывающие обратно уже с рыбой в клюве…
– Гриш… – выдохнула потрясенная Алена, разворачиваясь к мужу. – Как же здорово…
И он счастливо рассмеялся, как будто именно этих слов и ждал от нее, именно за этим и привез сюда.
– Слушай, Аленушка! – сказал Григорий утром, едва открыв глаза. – Завтра улетать, а я так и не напоил тебя ромом. Сам пью, а ты все сок, сок…
– Гриш, я ж вообще почти не пью спиртное, назавтра голова раскалывается.
– А это только от паленых напитков голова болит, – наставительно изрек муж. – А я тебе настоящий, классный ром предлагаю. Вот на дорожку и развратимся немного.
Дневник.«…Удалось, одно могу сказать… Ром оказался жуткой, крепчайшей дрянью, как его пьют – не понимаю. Лично у меня он восторгов не вызвал и воспоминаний, кроме головной боли, не оставил.
– Да, не выйдет из тебя любителя крепких напитков! – констатировал утром Гришка, растворяя в стакане с водой таблетку от похмелья.
– Это же хорошо… – через силу проговорила я.
– Да кто ж спорит! Но иногда-то надо немного…»
Обратный перелет домой оказался еще невыносимее и дольше, да плюс в Москве вылет задержали почти на сутки. Гришка снял номер в отеле рядом с аэропортом, и они почти все время проспали, едва не опоздав на самолет.
– Аленка, это ты виновата, – ругался он, уже сидя в кресле. – Все мордашку свою малевала!
– Если бы кто-то не храпел до самого выхода, все было бы отлично, – парировала она, и муж засмеялся, признавая поражение.
…Их встречал Мазей с охраной.
– Ну ни фига себе, какие вы черные! – восхитился он, разглядывая загар. – Если бы Аленка не была блондинкой, легко сошла бы за тамошнюю! Слушай, Гришаня, я тут тему одну пробил… – И они заговорили о делах, а Алена отключилась, глядя в окно несущегося «мерса».
– …а там, глядишь, Аленка подрастет, заменит, вот тебе и семейный бизнес.
«Ого, куда это они меня? Все продремала, балда!»
– Нет, – решительно отрезал Гришка.
– Аленку в это дело не впутывай, не хватало еще!
– Зря, Гришаня, там же все легально – ночной клуб, ничего лишнего. А про начинку никому и не надо знать…
– Я сказал – нет! И не подъезжай с этим ко мне больше. Аленка там не появится никогда, она учиться будет, а через год я решу, куда ее пристроить. Или сама решит. Но туда – речи быть не может, усек, Мазей?
Разговор оборвался.
