— Этим займется Арина Родионовна! — перебила меня Виноградова. — Тебе не стоит беспокоиться о таких мелочах.
— Тогда о чем же мне стоит беспокоиться?
— Для начала было бы неплохо помочь мастеру, который обещал заняться нашей мебелью, — предложила женщина. — Еще нам звонил парень, которому завещали кота.
— Помню о нем. Мне пока нельзя заниматься адвокатской практикой, но помочь этим людям запрет мне не помешает.
— Добрый ты... — покачала головой бухгалтер. — Наверняка еще деньги брать с этих бедолаг не станешь.
Но если тот мальчишка откажется от кота, то забирай его домой... Разумеется, я имею в виду кота! У нас найдется еще она миска и лоток.
Разговор о котах напомнил мне про дворника, которого мы недавно приняли на работу. И я спросил:
— Как поживает наш Евсеев?
— Он пристрастился ходить с удочкой на канал и ловит там по утрам мелкую рыбешку для питомцев, — ответил Фома. — Ремонт в его комнате уже сделан, осталось только сложить печку.
— А как он сам? — уточнил я, памятуя о наставлениях Шуйского.
— В порядке, — подала голос Иришка, ставя передо мной тарелку. — Я приходила, чтобы проверять котов и дом. Ваш новый работник был приветлив и очень переживал, что вам не понравится, как он ухаживает за цветами...
— Он с ними справляется, — отозвалась Любовь Федоровна. — Я даже удивилась тому, как ловко он подрезал кусты. Все же руки у него растут из положенного места.
— А лекарь не являлся?
— Лаврентий Лавович позавчера ждал меня на ступенях дома, — призналась девушка, протягивая Фоме льняную салфетку.
— Он вас не напугал? — озаботился я, заметив, что кухарка смущена.
— Нет, но он задавал странные вопросы по поводу... — девушка покосилась на Питерского. — Отчего-то спросил нет ли у меня аллергии на котов.
— Я ему задам трепку, — проворчал помощник, и я прекрасно его понимал.
— Евсеев сразу запер котов у себя и строго мне наказал следить за этим лекарем, чтобы он не утащил нашу живность, — продолжила Иришка. — Говорят, что лекари бывают странные.
— Не обращайте внимания! — с наигранной беспечностью отмахнулся я.
— Просто Лаврентий Лавович беспокоится за всех домашних. Он теперь наш семейный целитель.
— Ох, это хорошо, — улыбнулась девушка и наверняка сама не заметила, как ласково потрепала Фому по волосам.
Тот все еще продолжал хмуриться, но под рукой кухарки мигом подобрел и даже довольно прищурился.
— При мне он не посмеет подобного! — сурово заявила Виноградова. — Иначе вылетит прочь из нашего дома...
