Одиночество становится главным героем в этой книге. Из серии мрачных и тихих глав, каждое слово держит читателя на грани, неизвестно как это будет развиваться дальше. Атмосфера непредсказуема и глубоко проникающая в душу, оставляя после себя долгий след после прочтения....
А мне достается роль послушно переставляющей ноги куклы.
— Как ты узнал, когда я…
— Спросил твою помощницу, ты же сама сказала, где работаешь, пришлось заехать в редакцию.
Вика — не тот человек, который всем без разбору рассказывает о моих планах на день, тем более не выдает в подробностях даты приездов из рабочих командировок. Но это же Артем. Он даже мою «систему безопасности» взломал без проблем.
— Проще было позвонить, — бормочу я, пока этот нахал забирает у меня ключи.
— Не хотел услышать «нет», — говорит он. — С МДЖ так часто бывает: вам до чертиков хочется, но страх и предрассудки мешают сделать шаг навстречу. А я, знаешь, уже давно ни за кем не бегаю: старые холостяцкие повадки вот так за пару дней не вытравить. Поэтому решил срезать крутой вираж.
— Сжульничал, — подсказываю более походящее слово.
— Конечно, теперь ты просто не сможешь отказать мне в чашке кофе.
— Очень даже смогу.
Мы заходим в лифт, Артем вопросительно ждет, когда я назову этаж, но я не собираюсь облегчать ему задачу: пожимаю плечами и прижимаюсь спиной к стенке.
— Вперед, Пуаро, попробуй угадать. А если нет… — Во мне зажигается давно забытое чувство безрассудства, вспыхивает импульс. — Ты всегда можешь уточнить этот вопрос у моей помощницы.
— Ладно, — беззаботно смеется Артем и просто выбирает самый последний этаж.
— Я живу гораздо ниже. Это совсем «холодно».
Он прижимает меня к стенке: грубо, нагло, как мужчина, который никогда не слышал «нет». Одну руку ставит у меня над ухом, другую запускает под пальто, поглаживает талию, бедро, сжимает пальцы так сильно, что я непроизвольно жмурюсь. Пусть у меня останется синяк. Пожалуйста, пусть хотя бы крошечная отметина на теле. Ко мне так давно не прикасался мужчина, что я забыла, насколько это приятно. И, совершенно точно, ко мне никогда не прикасались вот так, без заискивающего взгляда, без сальной улыбки.
— А так «горячо»? — Он заводит ладонь мне на живот. Ниже, ниже, вдоль молнии джинсов. Сжимает промежность, вынуждая привстать на носочки от острого приятного чувства. — Ненавижу, когда на женщине брюки. Юбка значительно облегчает процесс знакомства.
— Я не приглашаю тебя на кофе, — еще пытаюсь сопротивляться я, но уже понимаю, что это почти бесполезно.
