В принципе работа в хосписе не заканчивается никогда, она есть постоянно, ведь больные не перестают болеть с окончанием рабочего времени персонала, и если есть желание и возможность, то найдется, что сделать нужного и полезного, круглые сутки. Если работа не сменная, как у сестричек и докторов, то каждый сам решал, уйти ли домой в положенный час или еще поработать."
"Ей просто не хотелось идти домой, не имея в голове принятого твердого решения. Дома ей придется встретиться со Славиком, и нужно будет как-то себя вести.
Как? Эта мысль весь день не давала ей покоя, но она с самого начала, как только закончила тот ужасный телефонный разговор с мужем, знала: пока не примет решение — домой не пойдет, а приняв решение, уже не отступит от него ни на миллиметр. Работа весь день валилась из рук, Катя делала чудовищные ошибки в письмах, ставила не те адреса, ссылалась не на те документы, спохватывалась, переделывала, ругала себя. Когда ее позвали из стационара, попросили подойти успокоить малыша, не дававшего поставить капельницу, Катя на полдороге вдруг разрыдалась и даже до палаты не смогла дойти.
Медсестра так перепугалась, что немедленно побежала к психологу: ну как же, Катя Волохина, мотор, движущая сила, эпицентр всего учреждения, самая преданная делу, самая деятельная и неунывающая — и вдруг стоит посреди коридора и рыдает так, что трясется вся.
В тот момент Катя готова была именно психологу — пожилой спокойной женщине, которая мягко обняла ее и отвела назад в кабинет, — рассказать о своей беде.
Она уже набрала в грудь воздух, чтобы начать говорить, но подошла сотрудница:
— Катюша, к тебе пришли.
— Кто?
— Не знаю, какая-то дама, одета хорошо, на машине приехала. В холле ждет.
«Может, новый спонсор объявился, — подумала Катя, судорожно ища в кармане бумажную салфетку, чтобы вытереть лицо. — Разговоры подождут, дело в первую очередь». После субботнего мероприятия некоторые материалы появились в интернете уже в воскресенье, а сегодня, в понедельник, их было еще больше, Катя проверяла.
А вдруг и в самом деле пресс-конференция дала свой результат, и эта хорошо одетая дама — представитель какого-нибудь бизнес-лорда, возжелавшего оказать посильную помощь? Как было бы хорошо! Им так нужны два новых детских инвалидных кресла, и стойки для капельниц уже совсем древние, где-то списанные и приобретенные хосписом практически даром, разваливаются на ходу. Не говоря уж о предметах гигиены и расходных материалах, надобность в которых никогда не заканчивается.
