Мужской член я держала в руках нечасто, опыта в горизонтальной плоскости у меня было мало, но пленник стонал так сладко, что я почувствовала себя богиней секса. Он вздрагивал от каждого моего прикосновения, шипел сквозь зубы, когда большим пальцем я обводила головку, а стоило подразнить текущую щелочку на ее вершине — и вовсе завыл.
Сдерживаться у эльфа больше не получалось. Он почти рыдал от удовольствия. Гремел цепями, мотал головой из стороны в сторону, отчего его длинные волосы сбивались в колтуны. На его лбу блестели капельки пота, мышцы на плечах надулись шарами, все шесть кубиков пресса отчетливо проступили под кожей.
— Демоны, — ругался эльф, кусая губы и сдвигая брови.
Стремясь к оргазму, он качал бедрами, подкидывал их вверх, навстречу моей руке. Его мошонка поджалась и пугающе покраснела.
— Пожалуйста. Пожалуйста.
Из его рта вырывались то проклятия, то мольбы. Дыхание стало частым, рваным, хриплым. Он был весь алый, мокрый, напряженный. Его била крупная дрожь. Пальцы на ногах поджались.
Влажный член пульсировал.
Казалось, сейчас как хлынет.
Я ждала взрыва, мощного извержения, прицельного залпа. Уже видела, как тугая струя бьет из дырочки на головке и забрызгивает рельефный живот.
Каждую секунду казалось, еще немного, еще чуть-чуть, вот-вот и… но это «вот-вот» никак не наступало. Антариан застыл в шаге от оргазма и никак не мог достигнуть вершины. Это состояние явно было мучительным. От невозможности кончить эльфа всего трясло.
Пытаясь довести пленника до оргазма, я обхватывала его член туже, двигала кулаком быстрее, свободной рукой ласкала мошонку, которая уже стала каменной.
Излиться не получалось. Антариан задыхался.
— Хватит! — взмолился он в конце концов, и я оставила его измученную плоть в покое.
Бедняга. На него было страшно смотреть. Все у него в паху пылало, горело огнем, красное, мокрое, переполненное желанием, не находящим выхода."
"— Может, дело в том препарате? — Другого объяснения я не видела. — Из-за него ты не можешь кончить?
Забыв о том, что связан, Антариан дернул рукой, словно хотел убрать волосы с лица, и стальной наручник врезался в запястье.
Вспомнив о своей беспомощности, мужчина досадливо зашипел.
Я помогла ему — убрала волосы с глаз. На голове у эльфа было настоящее гнездо, один сплошной колтун — замучаешься расчесывать.
— Та гадость здесь ни при чем, — он никак не мог отдышаться, оттого говорил с большими паузами. — Это из-за нее.
— Из-за кого? — нахмурилась я.