Руслан словно ощущает, что не один, выдергивает наушник из уха и разворачивается на месте.
— Ага, — голубые глаза подозрительно щурятся, — доброе утро, мышка. А ты что так тихо подкрадываешься?
— Ну это только ты ведешь себя как слон в посудной лавке, — пытаюсь пошутить.
Опускаю глаза на сковороду, и тут меня поджидает еще один сюрприз.
— Ты готовишь?
Щеки Руслана подозрительно розовеют, и это зрелище заставляет опустить глаза.
— Пытаюсь, но мне кажется, получается фигово. Оладьи пытаюсь приготовить.
— А где Алла Алексеевна? — да, этот вопрос решающий сейчас.
— Так выходные же. Боишься меня?
Его глаза как-то хищно блестят, и я непроизвольно делаю шаг назад. Но Руслан пресекает мою попытку сбежать. Хватает за запястье и дергает на себя.
Не успеваю сообразить, как оказываюсь сидящей на столе. И теперь мы с Русланом на одном уровне. Руслан шипит и переступает на другую ногу."
"— Руслан, нога, — как-то я уже говорила эту фразу.
Руслан сокращает расстояние между нашими лицами.
— Не думай об этом.
Так что, мышка. Боишься? — шепчет возле губ.
Этот шепот тут же заставляет внутренности скрутиться в тугой узел, а пальчики на ногах сжимаются от его теплого дыхания на щеке.
— А должна? — голос хрипит от переполняющих сердце чувств.
— Ну если только чуть-чуть. Потому что сейчас в моей голове совсем не невинные мысли о тебе.
Щеки начинают полыхать. Руслан обхватывает мои бедра и слегка раздвигает их. Встает между ними, и его глаза стремительно темнеют.
Сердце начинает трепыхаться в груди, как загнанная в клетку птичка.
Воздуха не хватает, и я уже просто жду его следующего шага.
Хочу ли я того, что произойдет дальше? До беспамятства! Хочу этого поцелуя.
До носа долетает запах чего-то горелого. Бросаю взгляд в сторону плиты. Отталкиваю Руслана в грудь и подскакиваю к сковороде, из которой уже поднимается дым.
Выключаю конфорку и начинаю размахивать руками.
Руслан подходит сзади, отодвигает меня и включает вытяжку.
— Ну прости, мышка, ты осталась без завтрака, — виноватый взгляд, который проникает под кожу.
— Тебя хотелось сильнее, чем поесть оладьи.
— Без завтрака? — непонимающе переспрашиваю. — Какого завтрака?
Руслан усмехается и проводит пальцем по моей щеке.
— И вот потом не отрицай того, что нас тянет друг к другу.
Его низкий голос прокатывается по венам и заставляет тело гореть. Губы зудят от неудовлетворенного желания поцеловать Руслана.
Вытяжка быстро справляется с задачей, и на кухне не остается посторонних запахов.
