Автор
Говорят, насильно мил не будешь. А я докажу обратное.* * *Спас девушку? Женись! Это прописная истина. Да я и не отказываюсь – наоборот, строго за. Это девушка против. Замужем она уже, видите ли. Разводиться не желает, романов на стороне не крутит. Надо же, какая правильная! Но когда я воспринимал всерьез женские отказы?...
Еле себя пересиливаю, говорю деланно равнодушным голосом:
– Когда люди находятся в гражданском браке, они носят разные фамилии. Есть вообще хоть слово правды из того, что ты говорила мне или врачу? Милая, похоже, ты профессиональная лгунья.
Яся поджимает губы и хмурится, а потом выдает резко:
– Уходи! Не хочу тебя видеть!
Вот так просто. Вали, дорогой Захарка, на фиг ты не упал.
– Цветы тебе… – шиплю зло, кивая на розы в ее руках, разворачиваюсь и действительно ухожу.
* * *
Захар
Что я в самом деле за человек?
Девушка замужем и ясно дала понять, что верна своему очкастому хорьку.
Верные жены, они уважения достойны, а не чужой злости.
Я же не какой-нибудь восемнадцатилетний придурок, который станет дуться за то, что не дали, так?
Не знаю, почему, но очень хочу реабилитироваться в ее глазах за грубость, показать, что я нормальный.
На часах шесть пятнадцать, сентябрьское солнце вовсю делится теплом и светом, стремясь отыграться перед вечерними сумерками.
– Ясь! Яся… – зову ее, когда вижу, как она выскальзывает из черного входа магазинного склада.
Хорошо, что я решил ждать ее именно здесь, а не у центрального входа.
Супердевочка видит меня, вздрагивает.
– Ясенька, минуту поговори со мной, пожалуйста, – прошу, старательно изображая смиренный вид.
На миг замираю, жадно ее разглядывая. Супердевочка такая же прелестная, свежая, как и утром. С трудом давлю в себе желание сграбастать ее в охапку, запихать в машину и увести в счастливое далеко.
Она секунд десять просто моргает, уставившись на меня.
– Ты извини за грубость, – заявляю, пока она не успела прийти в себя. – Я просто ошарашен был, когда увидел у тебя кольцо. Извиниться приехал. Тебе не нужно меня бояться, никогда ничего плохого тебе не сделаю.
– А-а… – тянет она, все чаще моргая.
Потом легонько кашляет и говорит хрипловатым голосом:
– Захар, если ты думаешь, что я такая дрянь неблагодарная, что вместо спасибо убежала от тебя, так нет. Я очень виноватой себя чувствую.
