— Я ведь предупреждал, что с моей работой будет тяжело. Отпуска в скором времени точно не выйдет, Лер. Я вечером уезжаю, нужно будет успеть твои вещи перевезти.
— И котенка.
— И котенка, да.
— Как думаешь, я понравлюсь твоим родителям? — после небольшой паузы спрашиваю я.
— Без сомнения. Они уже отчаялись и не верят, что я когда-нибудь женюсь. После командировки познакомлю тебя с ними. А теперь спи.
— Сладких снов.
— И тебе.
— Как-то не верится, что мы женаты. Ощущение, словно это было понарошку.
— Самому не верится, — хмыкает Давид и щелкает выключателем на бра.
Проходит несколько минут, прежде чем рядом со мной раздается мирное дыхание. Поражаюсь способности Давида засыпать так быстро. Сама же устала жутко, но сна нет ни в одном глазу. В голове целый водоворот планов. Нужно купить много чего в квартиру. Посуду, новое постельное. А еще я совершенно забыла, что собиралась отправить картины на выставку. Нужно заняться этим завтра.
Утром я просыпаюсь от мелодии телефона. Не моего. У меня он всегда стоит на вибрации.
Рука и нога затекли от неудобного положения. Я высвобождаюсь из объятий Давида, он же тянется рукой к тумбочке, смотрит на экран телефона и сбрасывает вызов. Интересно, кто ему звонил?
— Кто это был? — решаю спросить я.
— Старый знакомый. Спи, рано еще совсем. Черт, как голова-то болит.
— Неудивительно, ты вчера решил выполнить годовую норму по принятию алкоголя, — не могу удержаться от упрёка.
— Хоть вел себя прилично? — Его брови взлетают вверх.
— В основном — да, — хмыкаю я и поворачиваюсь на бок, лицом к нему.
— Это хорошо. — Он широко зевает, прикрывая рот. Потом замирает, скользя взглядом по своей руке и останавливаясь на обручальном кольце. — Слишком неудобно и жмет. Сложно будет привыкнуть. — Стягивает его с пальца и кладет на прикроватную тумбочку, а я прикусываю губу, чтобы не выдать своего разочарования.
Отворачиваюсь от него. Я, конечно, прекрасно его понимаю, к тому же, когда Давид на учениях, обручалку стоит снимать, но все равно обидно.
— Спрячешь куда-нибудь, чтобы не потерялось? — просит меня.
— Да, конечно, — вздыхаю я, а потом чувствую, как Давид ложится на бок, повторяя мое положение. Его рука ложится поперек моего живота.
— В следующий раз, когда я решу выпить, напомни мне об этом утре. Так хреново в последний раз мне было лет семь назад, — стонет он, зарываясь носом в мои волосы.
— Не думаю, что ты меня послушаешь. У вас, мужчин, есть такая особенность: вы наши советы всегда игнорируете.
