Но даже такой, словно ободранный, побитый, мокрый котёнок, не узнать ее просто невозможно.
— Лера? Какого хрена ты здесь делаешь? — пораженно спрашиваю я. Из груди словно весь воздух вышибло. Потому что это та самая девчонка из самолета, что так открыто сверлила меня своим взглядом. Ее интерес ко мне даже слепой бы заметил. В третий раз натыкаюсь на неё. Насмешка судьбы, не иначе.
На ее глазах выступают слезы, и я решаю, что не время для нравоучений. Неизвестно, сколько она сможет вот так продержаться, наверняка уже обморожение получила.
— Так, слушай меня и делай то, что говорю, ясно тебе? Нужно как можно быстрее достать тебя из воды.
— Здесь волны, если отпущу, то меня унесет, — говорит уже громче.
— Хорошо, давай так: я подползу к краю максимально близко, брошу тебе ремень, ты вцепишься в него одной рукой, тогда отпустишь вторую. Я тебя вытащу, поняла меня?
Другого варианта просто нет. Погибнуть ей здесь не позволю.
— Да, — я скорее читаю по губам, чем слышу ее, она вся дрожит от холода, говорить почти не может.
Из последних сил цепляется пальцами за льдину, которую волнами то подбрасывает вверх, то опускает вниз.
— Все будет хорошо, Лер, — подбадриваю ее, а сам осторожно подползаю к краю. Лед толстый, но это с первого взгляда. Потому что стоит волне ударить по нему, как может отколоться еще один кусок, и тогда нас уже будет двое. Унесённых ветром. Как романтично, однако.
Я ложусь животом прямо в снег. Кожу обжигает холод и ледяной ветер.
Мы с Лерой смотрим в глаза друг другу. От ее вида сердце в груди сжимается. А от понимания того, что я мог случайно не заметить, как она ушла в воду, сковывает все внутренности. Хочется наорать и на нее, и на ее безмозглых подруг.
— Давай, Лера, тянись и ухватись посильнее. Постарайся, девочка. — Бросаю в воду ремень, он приземляется в полуметре от девушки.
Она тянется к нему рукой, обхватывает слабо пальцами.
— Давид, я не могу. Не могу. Пальцы так замерзли. Не могу, — хнычет она.
— Прости.
— Да что б тебя! — Очередная волна подхватывает льдину, и я понимаю, что Лера оказывается еще дальше, чем была.
Нет времени для раздумий. Я поднимаюсь на ноги и прыгаю прямо в воду. Меня окатывает ледяная вода. Ощущение, словно холод пробирается даже в кости. Не знаю, как Лера столько времени смогла продержаться здесь.
Я с детства закаляюсь, часто с братом зимой заходили в воду, но даже для меня это оказывается слишком.
