Хранительница домашнего очага, создательница уюта и надежного тыла.
Я ждала мужа с работы, мы ужинали, разговаривали, пили вино и целовались... Будто новобрачные не могли насытится друг другом. Скучали. Я скучала... На выходных часто садились вместе на диван, смотрели фильмы, вернее я смотрела, а Миша смотрел на меня…
- Миш, ты все пропускаешь… - смеется девушка из моих воспоминаний.
- Я как раз и не пропускаю, родная… Ничего не пропускаю… - выдыхает хрипло и тянет меня на себя, неловко падаю на широкую грудь мужа, и Миша целует меня, а я смеюсь, отбиваюсь.
- Миш, дай хоть один раз фильм досмотреть! Ну Миша…
Неожиданно поднимает мое лицо за подбородок и смотрит мне в глаза, а его небесно-голубые очи наполняются неожиданным теплом и жаркой страстью:
- Люблю тебя, Яна, как же я тебя люблю…
- А я люблю тебя еще больше, Миша… - отвечаю, улыбаясь и заглядывая в суровое лицо мужа.
Светлеет у него лицо, мальчишеская улыбка расцветает, и он… смотрит на меня по-особенному, голодно, когда откровение сове озвучивает:
- Нет, родная, любить больше, чем я тебя просто невозможно…
Вылетаю из воспоминаний, после которых на сердце еще горше.
Отмаргиваюсь от слез. Нащупываю пальцами сумочку и ныряю туда в поисках пудреницы, замазать хочу опухшие глаза…
А пальцы ухватываются за тест, сжимают и всхлип слетает с губ.
Я пришла, чтобы сообщить о нашем счастье… Он том, что ребеночек будет, а в итоге увидела то, что увидела…
Если бы я не решилась прийти, а дождалась Мишу, как бы было тогда?
Он бы любил меня после нее?
Прикасался бы ко мне, и я бы так ничего и не поняла…
Прикрываю веки.
На мгновение накатывает трусость и хочется поверить, что ничего не было, что не видела…
Но… себя не обманешь. Михаил хотел ко мне всего лишь прикоснуться, как я отшатнулась словно от прокаженного.
Как раньше уже не будет. Никогда не будет. Он порушил все. По щелчку пальцев он уничтожил все самое светлое, самое доброе, что было, между нами, убил мою веру в него, в нас, в наше будущее…
“Нас” не осталось.
Есть я и есть он…
7
Так и не вытаскиваю тест из сумки. Моя тайна осталась со мной. Нащупываю кругляш и достаю. Открываю и заглядываю в зеркальце. Разглядываю себя. Глаза красные и опухли и счастья там больше нет…
Еще утром мне казалось, что взгляд горит будто прожектора включили, а сейчас…
Бесконечная, грустная сероватая мгла…
Провожу по щекам и под глазами пудрой. Стираю следы. Не хочу радовать кого-то своим убитым внешнем видом. Захлопываю пудреницу и встаю.
