У него на роже улыбка — первые секунды. Он ведь за Майей приехал. Зашел весь такой позитивный, зашел и замер.
Чувствую какое-то гадкое удовлетворение. Ситуация повторяется, но наоборот. Встречаемся с Вэлом взглядами, и я вижу, что он понимает, думает о том же. Злится. Жду, что кинется, что захочет разбить мне морду, у него же башку сносит от всего этого пи*деца, вижу это. Но он стискивает зубы и переводит взгляд на Майю. Она всхлипывает, поднимает голову, смотрит на него. Я жду взрыв. Жду его ярости. А он, он снимает с себя куртку и накидывает ее Майе на плечи.
Касается ее щеки, садится рядом, обнимает. Что-то говорит совсем тихо и гладит. Гладит по волосам, по спине, продолжая что-то ей шептать.
Не обвиняет ее, не бросается на меня с кулаками, не эмоционирует вообще. Я помню другого Кудякова. Совсем…
А у меня только притихшая буря ревности снова раздувается ветром эмоций. Эмоций оттого, что я вижу сейчас.
Он выбирает ее. Не свою злость и уязвленность, не желание кинуться в драку, а ее. Майю.
Это выносит окончательно.
Вытаскиваю сигареты. Прикуриваю и затягиваюсь.
В кабинете повисает тишина, которую иногда нарушает шепот. Майя что-то ему говорит, он ей отвечает, а меня, меня для них словно нет. Я призрак. Сука, призрак из прошлого.
Затягиваюсь. Выдыхаю дым. Отвожу взгляд.
Смотреть на них выше моих сил. Я деморализован. Убит и воскрешению не подлежу.
Когда иду к двери, Кудяков произносит:
— Подожди, я с тобой покурю выйду. Поговорить надо.
— Вэл! — всхлипывает Майя.
— Я быстро.
Две минуты.
— Ты не куришь.
— Я поговорю и вернусь, — сжимает ее плечи, касается губами щеки. — Все нормально.
— Пожалуйста… — хватает его за руки. — Не надо ничего делать. Слышишь?
Морщусь и отворачиваюсь. Смотрю на пошарпанную дверь и тушу о нее сигарету.
— Я просто хочу поговорить. Никаких драк, моя Фиалочка.
Он говорит очень тихо, но я так навостряю слух, что все слышу. Ее так мать называла всегда — Фиалочка.
Сука!
— Пошли.
Снова слышу Кудякова, только теперь уже за своей спиной.
— Ну пошли, — толкаю дверь и выхожу из кабинета.
Оказавшись на улице, сбегаю по ступенькам и снова достаю сигареты.
Кудяков спускается следом, осматривается и предлагает отойти чуть дальше. Молча иду туда, куда он показывает. Метров десять от входа.
Затягиваюсь, пепел стряхиваю уже по дороге.
Останавливаемся с Вэлом одновременно, при этом держим дистанцию в один широкий шаг.
— Угостишь?
Реагирую на голос Кудякова. Киваю в знак согласия и протягиваю ему пачку.
