— Извините, — позвала я продавщицу, — я очень замерзла, ключи дома забыла. Можно я вас попрошу заварить мне стаканчик лапши?"
"К счастью, женщина оказалась добросердечная и налила мне воды из кулера. Я оплатила лапшу и шоколадный батончик и, вздохнув, снова нырнула в холод пустой улицы. Все волшебство прошедшего вечера улетучилось, оставляя горькое послевкусие реальности. «Как только часы пробьют полночь, карета снова превратится в тыкву». Паша — аферист и трус. Я видела его страх, когда сказала про брата.
Лицо он, конечно, держал, но от своей идеи оступился сразу. И все прекрасные эмоции, что он мне подарил в тот вечер, тут же поблекли и приобрели новый оттенок. Стало противно. Почему, спустя столько времени на грани выживания, я все еще не научилась отличать плохих людей от хороших? Если бы не Александр…Странно, что меня уже второй раз спасает человек, к которому я испытываю просто необъяснимое недоверие. Хотя, сегодня, когда я подумала, что он хочет поцеловать меня, а в итоге обошлось обычным шепотом на ушко, мне стало даже немного обидно.
Как в тот раз, когда он не обратил на меня внимания в торговом центре.
Отогрев руки об теплый стакан уже заварившейся лапши, я отхлебнула горячий бульон и не спеша направилась гулять дальше. Тело начало постепенно согреваться, однако ноги уже просто окоченели от холода. Изрядно устав от длительной прогулки, я присела на остановку и, шмыгая замерзшим носом, открыла шоколадку. Не успела откусить, как рядом притормозила блестящая и очень дорогая черная иномарка.
10. Александр
Долго ждать не пришлось. Буквально спустя пятнадцать минут, Соня вышла из клуба. Следом за ней вышел Павлик и я с интересом наблюдал за их разговором. Слов, конечно же, услышать не мог, но прекрасно видел, как собранно держится девушка и как холодно реагирует на прикосновения ухажера. Всё-таки прислушалась к моим словам, хоть и брыкалась изначально. Что-то такое она сказала ему напоследок, что бармен отпрянул и быстро удалился.
Даже интересно. И ведь видно, что расстроилась — стоит, звёзды разглядывает. А могла бы ехать в теплой комфортной машинке в сторону дома в прекрасной компании.
Когда вышла ее белокурая защитница, то девушки эмоционально что-то обсудили и не спеша пошли прочь, пошатываясь и хохоча. Я поехал следом на приличном расстоянии, чтобы не напугать подружек и, одновременно, чтобы они были на виду. Когда дошли до дома, я был удивлен, что Соня осталась на улице.
