Неожиданно за спиной раздается резкий гудок клаксона, подпрыгиваю на месте, едва не выронив из рук все покупки…
Глава 4
Ника
Оборачиваюсь…
Слова возмущения оседают на языке неприятной горечью. В такие моменты сожалею, что я не Гермиона Грейнджер, а то превратила бы Яна в жабу, а его дорогой автомобиль — в корыто на колесах.
Как он меня нашел? Отвернувшись, собираюсь проигнорировать Самсонова. Держу ровно спину, хотя тяжелые пакеты тянут мое тело вниз.
Я иду, он, гад такой, едет рядом и сигналит.
Вот зачем он привлекает к нам внимание?! Оборачиваются прохожие, приостанавливаются водители, хотят понять, что происходит. Противостояние характеров и силы воли тут происходит, но посторонним этого не понять. Я злюсь, а Ян улыбчив и спокоен словно танк!
Проехав вперед, Ян преграждает мне дорогу автомобилем. Пытаюсь обойти сзади, он сдает назад, обхожу спереди, он давит на газ. При последней попытке обогнуть автомобиль он задевает пакеты, один из них рвется, на асфальт выпадает рукав маминого костюма.
Представляю, что она устроит, если мне не удастся его отчистить. От бессильной ярости сжимаю кулаки, ручки пакетов вдавливаются в тонкую ткань кожи.
Готова растерзать Самсонова взглядом, а он сидит и улыбается. Понимая, что одержал победу, выходит из машины, оставляя водительскую дверь открытой.
— У тебя красивые хрустальные глаза, когда ты злишься, они ох…но сверкают, — забирая у меня из рук пакеты, лыбится этот гад. Вот ни капли меня не тронул его комплимент.
Краснобай! Пусть своей восточной девочке в уши заливает малиновый сироп!
— Садись в машину, — открывая передо мной дверь. Пакеты Ян небрежно скидывает на заднее сиденье. Заставляю себя сесть к нему в автомобиль.
В салоне приятно пахнет кожей, мужским парфюмом и легкими, едва уловимыми нотками табака. Присев на переднее пассажирское сиденье, закрываю дверь и отворачиваюсь к окну. Всем своим видом демонстрирую, что это вынужденная мера.
Увеличив громкость колонок до такой степени, что внутренние органы отбивают биты, стартует с места с пробуксовками.
Вслед нам несется добрый русский мат рядом проходящих пешеходов, его не слышно, но очень уж характерная мимика и жестикуляция у мужика и его дородной спутницы. Мы несемся на запредельной скорости. Ян ведет уверенно, лавирует в потоке машин. Не страшно, не хочу признаваться, но я получаю удовольствие от музыки и скорости. Раньше я никогда не испытывала таких эмоций.
