09 (Чудо в Хонех) и под 21.11. его память, т. е. под Михайлов день, — молись, ибо Архангел Михаил под свои праздники ночью находится на берегу долины огненной и опускает правое крыло в геенну огненную, которая в это время гаснет.
Молись под эти ночи, и Он услышит молитву просящего, называя усопших по имени, и проси, чтобы Он вывел их из ада. Помяни родных, знакомых и близких, называй их имена, добавляя при этом (и сродников по плоти до Адамова колена)»[37].
Второй раз Борис Семёнович пошёл в церковь на сорок дней, где с удивлением осознал, что одиночество имеет свойство полностью растворяться в словах молитвы.
Мало того, Борис Семёнович почувствовал на своём плече дружескую руку! Ещё, помнится, подумал, как был слеп, не принимая во внимание простую аксиому: чтобы получить поддержку, надо обратиться к тому, кто может помочь.
С тех пор каждое утро начиналось с дороги в храм, откуда на обратном пути он заходил в скверик и мирно сидел на лавочке, грея за пазухой старушку Жульку.
* * *Почуяв свежую кровь, крошечная собачка испуганно подвывала.
Сдёрнув с шеи льняной шарф, Рита приложила его к лицу старика и оглянулась в поисках помощи. Слава Богу, к ним неслись мамочки с колясками. И та, что кривила губы от запаха старика, протянула свежий детский памперс.
— Возьмите, он хорошо впитывает.
— Мы уже вызвали полицию, — другая мамочка теребила в руках телефон, — я как раз делала селфи и всё засняла! Представляете, какая удача!
— Действительно, — пробормотала Рита.
— Не надо полицию. — Старик перехватил памперс из Ритиной руки и сплюнул туда багровый сгусток.
— Я пойду домой.
Он дрожал мелкой дрожью и беспрерывно моргал.
— Вам нужен врач, — запротестовала Рита, — у вас сломан нос!
— Срастётся.
Опираясь на скамейку, старик встал на ноги и растопыренной ладонью прижал к груди собачку. Съехавшая набок шапка приоткрывала грязные спутанные волосы и порванный ворот синего свитера.
— Подождите! — Рита схватила его за рукав. — Этих парней надо найти и наказать!
Он опустил голову и с видимым усилием прошамкал кровавыми пузырями:
— Они уже наказаны.
Разве может нормальный человек творить зло?
* * *— Рома, а ты мог бы ударить человека?
В ожидании ответа Рита напряглась, хотя на сто процентов знала, что услышит.
Сын поднял голову от тетрадки:
— За что, мам?
— Просто так.
— Что я, дурак, что ли?
Осмысливая, он помолчал и снова опустил глаза на примеры по математике. Ручка в его руке на несколько мгновений зависла в воздухе, а потом уверенно вывела восьмёрку.
