И мне не хватало этого.
– Ты дал ему денег? – недоверчиво удивляюсь я, когда мы идем к машине.
Он пожимает плечами и легко говорит:
– Это язык, который понимают все без разбору.
Возле машины нас ждет сюрприз – на лобовом стекле красуется штрафной билет. В этом месте нельзя парковаться, как оказалось.
– Прости. – Я виновато смотрю на Адама, но он качает головой.
– Не важно. Стоило получить штраф, ради времени с тобой.
От его слов в моей груди разливается тепло. Я едва сдерживаюсь, чтобы не подойти к нему и не заключить в свои объятья.
Но я все еще не знаю, что у нас за отношения. То, что случилось в этом доме – прекрасно, но это не решает всех проблем."
"В машине ощущение неловкости и недосказанности возвращается. Каждый из нас будто выжидает, оттягивая серьезный разговор. Но рано или поздно, мы должны будем прийти к нему.
– Я хочу увидеть тебя вечером, – прямо говорит Адам, когда мы останавливаемся возле отеля.
Только теперь я вспоминаю о Поле. Я не была у него целый день и во мне просыпается чувство вины.
Я должна буду поговорить с ним, все объяснить. Не имеет значение, буду ли я с Адамом – с Полом я все равно быть не смогу. Он всегда был для меня не более чем друг, переходить эту черту будет большой ошибкой.
– Я не знаю, получится ли. Мне нужно будет сделать кое-что. Возможно, я буду занята. – Отчего-то я вдруг начинаю бормотать, избегая смотреть ему в глаза.
Вопрос Адама удивляет меня:
– С ним?
Я открываю рот и несколько мгновений смотрю на него, не зная, что сказать.
Адам тоже молчит, бесстрастным взглядом глядя на меня.
– Да, но это не то, о чем ты мог подумать.
– Я ни о чем не думал, Грейс, – сухо изрекает он.
– Между мной и Полом ничего нет, мы просто друзья и коллеги. – Я не знаю, почему считаю должным оправдаться перед ним. – Просто ему сейчас плохо, и я должна буду проведать его.
– Хорошо. Но я хочу увидеть тебя позже.
Я оценивающе смотрю на него. Его лицо кажется спокойным и расслабленным. Ловлю себя на мысли, что внутренне сжалась, ожидая его реакции.
Это неприятное открытие.
– Ты веришь мне? – желая себя задушить за это, все же тихо спрашиваю я.
Дыхание с шипением вырывается сквозь зубы Адама. Его лицо искажается, и он с ужасом смотрит на меня.
– Ты испугалась? – Его голос повышается, и я на секунду отворачиваюсь, прикрыв глаза. – Господи, Грейс, посмотри на меня!
Он легонько встряхивает меня за плечи, заставляя смотреть на него.
– Ты испугалась? – повторяет он свой вопрос, но уже спокойней.
