Вбиваю номер Сычева в банковском приложении, к счастью, он оказывается закреплен за счетом в том же банке, что и у меня, и я торопливо делаю перевод. Обалдевая от суммы комиссии, нажимаю кнопку «отправить», потом «подтвердить». Всё. Готово. Теперь моя карта почти пуста. И ремонт мой накрылся медным тазом…
Господи, ну какой ремонт? Дура. Есть проблемы куда серьезнее. Я только что отказалась от шанса спасти своего отца! А это, похоже, был единственный шанс…
Шумно выпускаю воздух из лёгких и обессилено откидываюсь на спинку сиденья.
Какая же я отвратительная эгоистка. И что теперь будет с папой?…
Сергей заканчивает разговор и еще недолго изучает экран своего мобильного. После чего впивается в мой профиль нечитаемым взглядом.
– Ну и зачем ты это сделала?
– Я передумала. Не нужна мне твоя помощь. Сама как-нибудь справлюсь, без твоих денег.
– Поздно.
– Что? – поворачиваю я голову, не веря своим ушам. – Я перевела тебе всё обратно и больше ничего не должна!
На ощупь ищу ручку на двери, собираясь немедленно покинуть машину, но не успеваю.
В тишине салона раздаётся щелчок центрального замка, и когда я, наконец, дёргаю ручку, машина уже заперта.
– Открой дверь, – громко требую, храбрясь изо всех сил, но на самом деле у меня начинают трястись поджилки.
– Зачем тебе эти деньги? – спокойно спрашивает Сычев, будто не замечая моей паники.
– Выпусти меня из машины, я хочу уйти!
– Не поняла ещё? Ты никуда уже не уйдёшь. Давай не будем ссориться, Таня.
13. В нашей жизни ничего не бывает просто так
Смотрю на Сергея, широко распахнув глаза, чувствуя себя загнанной в угол.
Что-то есть такое в его взгляде, что заставляет меня вновь притихнуть, втянуть голову в плечи и даже не пытаться спорить. Я не могу объяснить, в чем именно дело, но впечатление жуткое, влияющее на меня на уровне инстинктов.
У него и раньше была довольно сильная энергетика, сметающая все преграды одним махом. А теперь я и вовсе не могу сделать вздох под этим тяжёлым взглядом.
Что значит это его «поздно»? Что значит – я никуда уже не уйду?
Неужели он считает, будто я теперь что-то обязана ему, даже несмотря на возврат денег? Не хочу в это верить.
– Зачем тебе эти деньги? – терпеливо повторяет Сергей свой вопрос, и снова на уровне инстинктов я чувствую – лучше ему сейчас ответить. Будто это наименее опасный вариант в моей ситуации.
– Один человек бросился под колёса моему отцу и теперь требует миллион, – сдержанно объясняю я.
