Алексей не останавливался, только один раз напился из ручья.
Часам к трём дня, судя по солнцу, он подошёл к селу. У первого же дома спросил старика:
— Крюково?
— Да, да, Крюково, господин немец.
— Где есть староста? — пытаясь коверкать слова на немецкий манер, спросил Алексей.
— Вперёд, господин немец. На перекрёстке направо — там дом с флагом.
Алексей кивнул. За углом в самом деле был большой и добротный бревенчатый дом, скорее всего — бывшая школа или правление колхоза. У входа висел немецкий флаг — красный, с белым кругом и крестом в центре.
Стуча сапогами по крыльцу, Алексей вошёл в дом. Дверь, ведущая в комнату слева, была открыта. За столом склонился над бумагами плюгавенький мужичонка.
— Бургомистр? — неожиданно для себя спросил Алексей.
— Староста, — поправил его мужичок. Он привстал из-за стола: — Староста Овчинников.
Алексей притворил за собой дверь."
"— Привет от Петрова. Мы встречались в Смоленске.
Лицо мужика расплылось в улыбке:
— Как же, помню! Фу ты, я уж испугался было.
Садитесь! Сам-то он что не пришел?
— Ранен в ногу. Доктора бы ему.
— Нет доктора, надо его самого везти сюда. В соседнем селе есть фельдшер, может — поможет. Сегодня переночуете у меня, я организую подводу. Завтра с моим человеком пойдёте, он заберет раненого.
— Хорошо.
— Пойдём. Покушаем, отдохнёте.
Дом старосты оказался по соседству. Алексей поел горяченького супчика с деревенским хлебом — давно он не ел домашнего, и попросил добавки.
— Как там Москва? Как дела на фронте?
— Не скрою, бои тяжёлые, но немца держим.
А Москву не сдадим, отстоим.
— Вот и славно. Я по делам, а ты можешь поспать, — Овчинников показал ему кровать в маленькой комнате.
Алексей разделся, разулся и улёгся на кровать. Хорошо-то как! Автомат он держал под рукой и спать не стал, вздремнул вполглаза.
К вечеру пришёл староста.
— Завтра утром выезжаешь, будет наш человек. Не пугайся, он полицай.
— Хорошо, что предупредил.
Они встали рано. Пока Алексей завтракал, у ворот дома старосты заскрипела колёсами телега.
Остановилась.
Овчинников проводил Алексея за ворота.
На облучке сидел полицай — угрюмого вида детина лет тридцати.
— Ну, удачи! Сергей, трогай!
«Ага, полицая Сергеем зовут», — отметил про себя Алексей.
Всю дорогу полицай молчал.
Алексей сидел в телеге, свесив ноги. Вот и вчерашний мост с полицаем-охранником. Алексей присмотрелся. Ему вдруг показалось, что в его фигуре было что-то знакомое.
