— Слушаюсь, — Алексей поставил трёхлинейку в угол землянки.
— Пойдём.
Алексей и Мокрецов вышли из землянки сапёров и пошли к штабу. Разведчики зачастую располагались недалеко от штаба, всего-то двести метров от командования, место глухое.
Располагался взвод в нескольких деревенских избах.
Алексея представили разведгруппе, состоящей из восьми человек. Парни были молодые, сверстники Алексея.
Командир группы, старший сержант, спросил:
— Тебе рассказали о цели?
— Да.
— Напиши список, что тебе нужно.
Только не вздумай что-нибудь забыть. На той стороне взять будет негде, сорвёшь задание.
— Понял я.
На листке бумаги карандашом он написал список необходимых ему предметов и отдал его командиру. Тот пробежал список глазами.
— Доставим. Как со здоровьем? Не кашляешь?
Алексей улыбнулся.
— Нет.
— Отставить улыбки! В разведке каждая мелочь важна. Кашлянёшь, когда через немецкую траншею пойдём — всю группу положат. Да шинель сними, неудобно в ней. Арбузов, сходи с ним в каптёрку, пусть ватник дадут, рукавицы и маскхалат.
Сапоги ему подбери на размер больше и пару носков шерстяных.
— Так точно, товарищ старший сержант.
В соседней избе Алексею подобрали сапоги, причём немецкие, с широкими и короткими голенищами.
— А они зачем?
— Голову включи! Они такой же след на снегу оставят, как и у тысяч других немецких солдат. А след наших кирзачей в глаза бросаться будет.
Алексей сконфузился. Ведь он охотник, и про следы мог бы и сам догадаться.
Ему подобрали хлопчатобумажные носки и тёплые вязаные.
— Богато живёте! — заметил Алексей.
— Неуставные. Это из тыла присылают подарки фронту. Попробуй зимой в одних портянках на снегу полежать несколько суток — сам поймёшь.
Подобрали телогрейку, меховые рукавицы, белый маскхалат. А в завершение экипировки — вещмешок, по-фронтовому «сидор».
Оделся Алексей и стал похож на других парней из группы.
Сапоги при ходьбе по полу постукивали подковками, и было немного непривычно.
Парни в группе оказались компанейские, приняли его неплохо, покормили.
Обращались, как с давним приятелем.
К вечеру доставили всё, заказанное Алексеем. Он сам тщательно проверил взрыватели, провод, подрывную машину. Тол в двухсотграммовых брусках был армейский. Иногда, по нужде, использовали аммонит для буровых работ, но он был хуже.
Всё, кроме тола, он уложил в свой «сидор». Тол распределили по вещмешкам других разведчиков — у Алексея «сидор» и так получился увесистым.
