Оставался только один вопрос: почему этот супермозг до сих пор не работает на Артема Асадова?
Ответ не могла дать даже служба безопасности, персонал оказался неожиданно неприступным и неподкупным. Никакой информации изнутри получить не удалось даже у самого опытного сотрудника. Такого в практике Асадова еще не случалось.
Поэтому здесь подарок матери оказался очень кстати.
Нужно создать прецедент, развеять липкий как сироп и ванильный до приторности ореол отеля — символ семейного счастья с кучей сопливых детей.
Артем сумеет, он в себе не сомневался."
"И когда репутация «Трех звезд» рухнет ниже плинтуса, талантливые креативные сотрудники сами побегут от Отоносов, как крысы с тонущего корабля. Люди не меняются. Рыбка всегда ищет, где глубже, а человек — где лучше.
Так что в отель Асадов входил с нужным настроем и в полной боевой готовности. Даже Влада не так раздражала как обычно. Но стоило попасть внутрь, все пошло наперекосяк.
Виной всему были три чудесные создания, похожие на зефирки, в воздушных платьях цвета сливочного мороженого, которых он увидел, как только переступил порог.
***Он сначала подумал, что это куклы.
Девочки в пышных платьицах в самом деле выглядели игрушечными, ненастоящими. Куколки с большими голубыми глазами, длинными густыми ресницами и светлыми волосами, уложенными крупными локонами. И когда одна из девочек несколько раз хлопнула ресницами, он даже вздрогнул от неожиданности.
Перевел взгляд на девочку, стоящую посередине. Та была чуть ниже остальных, хоть и похожа на сестер.
Артем сразу понял, что они сестрички — вряд ли у просто подружек могут быть такие одинаковые светлые локоны и голубые глаза.
Но когда младшая девочка подняла голову и уперлась взглядом в Асадова, у него по спине побежал холодок.
Откуда-то появились давно забытые ощущения, он не отдавал отчет, какие именно, что-то из собственного давнего детства.
Запахло мандаринами, снегом и горячим шоколадом. Неожиданно из самой глубины, из подкорки донеслось: «Тема, надень шапку!»
Он даже оглянулся.
И по волосам провел неосознанно, чтобы проверить, в шапке он или нет.
Но вокруг не оказалось ни снега, ни мандарин, один сплошной ванильный сироп. Приторная сладкая вата. Артем ждал, когда его затошнит от этой приторности и ванильности, когда разорвет от фальшивой приветливости. Даже внутренний таймер включил в предвкушении.
Но время шло, а его все не разрывало.
Асадов не мог понять, почему его ничего не раздражает.
